Гадкие реплики молодым авторам

Про новогодние и рождественские сочинения написано уже, и написано хорошо, но все больше авторами старой закалки, Андерсен, Джером, Куприн, Аверченко.

Мальчик у Христа на елке. Девочка со спичками (говорили же, детям не игрушка, вот и мораль, доигралась, босячка).

Что у нас в 21 веке, милаи?

Начнем с печальных мелодий, и вьюга в подворотне завоет нам отходную…

Кроткая одноногая собачка, изгнанная из дому на мороз, или мальчик с мерзлыми, как псевдокрабовые палочки, пальчиками все еще неплохо идут в дело.

Добавить по вкусу современных каменных джунглей, равнодушно проезжающих мимо машин и электрических огоньков елочки на площади, в последний раз освещающих остекленелые глазки (можно четыре, собачки и мальчика, для скорбного комплекта).

Мимо их свежемороженых тушек ковыляют старичок или старушка, бредут на кладбище, встречать праздник у могилки. Возможно, и даже вероятно, там они и примерзнут окончательно. И заглянувшим на огонек волкам придется портить зубы.

Почему бы не организовать клуб встречающих новый год на кладбищах и не ходить туда вместе, цинично думает автор, познакомятся-пообщаются, может, еще и старость друг другу скрасят.

Да и от волков, и они, кстати, имеют право на угощение, сподручнее двумя клюками отбиваться, спина к спине, нет?

У Джерома старый холостяк (ака «просто старый идиот») плачет над полуистлевшими письмами.

Нет, наше время бумагу оставило на более приземленные надобности, хотя почему бы и не печатать на ней сочинения юных авторов за небольшую мзду, циклы романов — рулонами? Народные будут писатели, не придерешься!

Теперь холостяк перебирает мышкой электронные письма, ну или скребет пальцем по айфону.

Былая любовь умотала за границу, или замуж за миллионера, а потом за границу, давно там счастлива, а он стенает и бухает, синея, под осыпающейся от перегара елочкой, коряво расписывая читателям, как же она сука «не оценила, променяла». Умудрилась, везучая, такое сокровище и на стакан дрянного коньяку-клопомора не станут менять.

Особенно тема любима разведенными алиментщиками в виде «душевных» песен и клипов.

Но хлопнем шампанским и айда водить хоровод, в круг потрепанных пузатых зайчиков и целлюлитных снежинок. Весело, весело, ай-яй-яй… дайте мне в руки черный пистолет.

Еще Аверченко ржал над воссоединением семей под звон праздничных колоколов. Но… Аверченко нет, а возвращение блудных попугаев-неразлучников самая замусоленная тема в кино и литературе вовсе не только российской.