Деревянная шпага

Надо же, как интересно! Неужели все цепные псы его преосвященства ходят с деревянным оружием?

Зеваки встретили его слова пьяным хохотом, а за меня ответил Моруа:

– Я знаю этого парня, он и с деревянной шпагой надерёт зад любому из ваших хвалёных драгун. Дерись, болтун, или гвардейцы короля могут только языком молоть?

Не утруждая себя ответом, бледный гвардеец сделал выпад, который Джузеппе играючи отвёл своей чудовищной саблей.

Юнец, как и говорил Моруа, бросился вперёд, рассчитывая покончить со мной не более чем за пару мгновений, но натолкнулся на сопротивление.

Вместо того, чтобы стоять в защите, я просто отпрыгнул в сторону и, когда мальчишка проскочил мимо, ударил его наотмашь, как палкой, угодив прямо по откляченному заду.

Крики и смех публики возвестили, что симпатии зрителей теперь были на моей стороне.

Гвардеец развернулся, чуть ли не пылая от ярости, и приготовился к очередной атаке, но тут нас обоих отвлекла вторая пара. Моруа пропустил болезненный укол, после чего рассвирепел, взревел, подпрыгнул так высоко, что я ни за что в жизни бы не поверил, если бы не наблюдал воочию, и одним ударом разрубил бледного драгуна напополам, от левого плеча до левого бедра.

Несчастный на мгновение стал ещё белее, чем был, отступил на пару шагов и рухнул на землю, по пути развалившись надвое.

Мой противник увидел это и страшно завопил, после чего его стошнило мне под ноги.

– Эй, ты в порядке? – спросил я, делая шаг в его сторону.

– Стойте! Не подходите! – он выставил перед собой шпагу, острие которой почти упёрлось мне в кадык. Глаза при этом у него были совершенно безумные. – Не подходите ко мне!.. – повторил он, после чего развернулся и пустился наутёк.

Толпа неистовствовала.

– И это он его деревяшкой прогнал! Гвардейца! Деревяшкой! – повторял на все лады пьяный голос.

Моруа присел на корточки, чтобы собрать рассыпанные в пыли серебряные монеты.

– Кошелёк мне проткнул, представляешь? – сказал он мне, когда выпрямился и оглядел толпу, готовую качать нас на руках.

– Ох, не нравится мне это…

Утром, едва небо окрасилось нежно-сизым, к нам в комнату, чуть не сорвав с петель дверь, ворвался Анри, похожий на разъярённого бурого медведя.

– Вы что натворили, ослы?!

Мы скатились с кроватей и принялись горячо уверять, что мы ничего не делали и всё время провели здесь, занимаясь лишь чисткой обуви и глажкой плащей.