Алёнушка

Однако амбициозная идея требует воплощения. Карета остановилась и Анри вышел под ласкающий лунный свет, бросив напоследок одержимой с ним связью служанке:

- Жди здесь, дорогая, я обязательно вернусь.

Хмыкнув, он прошел по ступеням безвкусного особняка, оформленного в давно вышедшем из моды стиле барокко, в очередной раз убедившись отсталости местных краев и вкусов аборигенов. Ну, хотя бы в Петербурге есть полуночные аристократы, хотя они и никогда не покидали здешних краев и вели отношения с собратьями лишь по переписке.

Впрочем, Вольфганг, прошедший становление еще во времена Урбана Второго – и которого Анри видел несколько раз в жизни, и последний перед самым отъездом, испрашивая благословления – задумчиво свел свои кустистые брови, покачав головой. «Ты бывал в Сербии? Нет? Значит то что ты увидишь там будет совершенно неожиданным».

Войдя в пределы особняка, Анри с удивлением не обнаружил ни одного служки или охранника, приличествующего статусу. Лишь со второго этажа раздался тихий голос: «поднимайтесь, сородич».

Что ж, ему ничего не оставалось, кроме как подняться по напыщенной лестнице, украшенной изваяниями неких гаргулий и львов. Пройдя в кабинет, он обнаружил сидящего лицом к луне, напротив огромного окна, человека, затянутого в сюртук.

- Присаживайтесь. – Сухо скрипнул голос. – Ваше прибытие изволило доставить нам некие неудобства, однако, мы не можем не принять… сородича. Я постараюсь быть нелицеприятным, ибо тому соответствует моя должность. Объясните же, для чего прибыли в Петербург, коли вам известно, что здесь уже есть свои аристократы, и новая ложа быть здесь не может.

Анри, подавив вспыхнувшее возмущение – ему даже не предложили напиться кровью юноши или девушки, не обняли с поцелуем при встрече, как подобает высокородным, а сразу начали какой-то… допрос?

- Приветствую. – Постарался он ответить не менее сухо. – Я не покушаюсь на ваши обычаи и территории. Однако привело меня сюда не пустое любопытство. Дело в том, что я изучал документы и манускрипты, и выяснил, что на территории вашей страны находится множество земель, где не проживают российские сородичи.

В основном, если быть честным, бумаги указывают, что вы живете в Петербурге и окрестностях. Я же представитель младшей линии своего достопочтенного семейства, восходящего его к первому обращенному Капетом. И мог бы взять во владение какую-либо землю, принеся клятву верности вашим старшим. Ведь для нас презреть границы смертных – дело пустое, а верность держать я вполне могу.