Алёнушка

Да, охота к перемене мест не сильно характерна для нашего рода, но я, в некотором роде, амбициозен еще со времен своей смертной жизни…

- Достаточно. – Перебил его советник. – Я не пойму, это молодость или глупость, но… Из-за ваших фантазий – тайная канцелярия уже третий день на ушах и мне пришлось заполнять десяток служебных бумаг, вместо того, чтобы пребывать в своих угодьях.

- То есть вы отказываете мне сразу же и я зря проделал столь долгий путь? – Анри был не просто шокирован, его тело заледенело, казалось, более, чем при самом большом неудовлетворенном голоде.

– Вы знаете, было не просто нанять корабль, принять на него гроб и заполнить его родной землей, а вы сразу же нарушили все мыслимые и немыслимые законы гостеприимства. В конце концов, я граф и вам должно быть знакомо понятие дворянской чести!

Сородич повернулся к нему со скрипом стула. Лицо его было дрыблям, рыхлым и даже старым. Как будто бы он испытывал неудовлетворенный голод годами.

- Что ж… Видимо, вы действительно и молоды, и глупы. Тогда извольте.

Во-первых… - Действительный советник поднял вверх палец, указывая в потолок. – Клятву верности старшим произносить не нужно. У нас нет такого обычая, как и нет старших в вашем понимании. Вы могли бы изволить хотя бы изучить модную ныне науку биологию, в ее тайных аспектах, касающихся… нас, чтобы осознать это. Во-вторых, вы обязаны пройти проверку тайной канцелярии. В-третьих, клятву на верность вы должны принести императрице и Тайному Совету, и никак иначе.

Анри откинулся на неудобном, хотя и обшитом бархатом стуле, злобно уставившись на… вампира.

- Что ж, я понял вашу недоброжелательность. Вы более сочувствуете смертным, нежели сородичам, при приездах в ваши владения. Они без проблем получают прибыли и становятся фаворитами, а вы хотите унизить меня, заставляя пройти все тоже, что и они. Где мы – и где смертная императрица и ваша канцелярия с ее бумагами?

Советник встал. Он оказался удивительно низок и даже сух. Напудренные по последней парижской моде кудри парика блеснули в свете луны.

- Вы – простите за предположение – дурак. Ибо мы все верные слуги императрицы. А тайная канцелярия может не обращать внимание на смертных, но на таких как вы… мы… она сразу же обратит свой взор – и так и обязано быть. Слава Богу, я принадлежу к ее рядам и имею право и обязанность вести с вами диалог. Впредь попрошу не выражаться столь неучтиво о нашей достопочтимой канцелярии, ведущей свой род еще от Тайного Темного Приказа времен Иоанна Васильевича.