Литературный семинар

Хочешь, прокатимся, поболтаем?

– Давай!

В окне подплывшей в магнитном поле машины обозначилась гладко выбритое лицо таксиста:

– Вызофф не содержаль тошного атресса, – проговорил таксист.

Стефан вслушался в его голос, размышляя, из какой страны умирающего Союза Проевы прибыл этот искатель соясирского счастья.

– Тебе и не надо было точно знать, морда ты союзная! – ответил Протовозов. – Сейчас тебе популярно всё объясним.

Стефан покосился на коллегу. Тот явно был не в духе, допуская очевидную грубость в отношении несчастного беженца с неудачливого Запада.

Ербпетуржцы обычно терпимее относились к приезжим. Две причины подвигали их к тому. Во-первых, довлел статус жителей Северо-западной культурной столицы, а во-вторых, - сочувствие к жертвам экономических неурядиц в странах того, что еще какой-то век назад полагали земным раем.

Как там звучало у С. Адова в «Колизее»?

«...Жители стран, соседствовавших Соясиру в эпоху Становления, некогда даже искренне полагали, что Союз Проевы – желанная цель, к которой должны идти все цивилизованные страны.

Из-за разногласий по данному поводу возник конфликт между Соясиром и Краиуной, грозивший перерасти в полномасштабную мировую войну.

Два года соясирцы приводили краиунцев в чувство, но преуспели лишь на третий, и то не на все сто процентов. Окончательно раскрыть глаза и убедить в утопичности выбранных целей удалось лишь в начале четвёртого года активных препирательств. Пришлось парировать дополнительные аргументы, поступавшие в Краиуну из-за океана, от риамеканских «партнёров».

Итогом конфликта выступило доказательство очевидной истины. Только путь, выбранный руководством Соясира, а именно цифровое благополучие приводит к успеху. Попытки найти альтернативу мудрости соясирского руководства, которые предпринимали и в Проеве, и в Риамеканских Стейтах, разбились о нерушимую поддержку Соясира со стороны остального мира.

В итоге экономика Союза Проевы рухнула. В Соясир хлынул поток беженцев, надеявшихся найти свой кусочек счастья. Большинство, понятное дело, не преуспели.

Но некоторым повезло пристроиться, скажем, в сетевом такси. Правда здесь над ними нависали киберсистемы, жёстко регулировавшие попадание к непосредственным работникам не более пяти процентов прибыли. Тем не менее, это всё же было лучше тех ужасов, что люди натерпелись при развале Союза Проевы.»

Соображения классика позволяли вполне понять причины, по которым жители Космовы, так называемые «коренные космовичи», относились свысока к беженцам.