Ванька-золотарь

Тогда Ванька постучался ещё раз.

Взъерошенный дед в ситцевой ночной рубашке до пола распахнул дверь:

— Ты кто?

— Я… — открыл рот Ванька, но старик его перебил:

— Лицо у тебя знакомое. Мы раньше не встречались?.. Знакомое какое-то лицо… И героическое в тебе что-то есть! Богатырское, я бы даже!..

— Нет-нет! — замахал руками Ванька, — совершенно ничего героического! Я твой племянник Ванька.

— О, племянничек, дорогой!.. — полез обниматься колдун, но тут же забормотал, — разве у меня есть племянник?..

— Конечно есть! Я сын твоей сестры, Варвары!

— Какой ещё сестры?!

— Ты что, забыл свою родную сестру?!

— Не было у меня никакой сестры.

.. Но ты заходи, может я и правда позабыл. Голова последнее время какая-то дырявая... — и дед показал Ваньке шрам на затылке, — видал, чего?..

— Эвона... Болит?

Дед пожал плечами:

— Не помню.

Внутри дома беспорядок был ещё больший, чем снаружи. Словно там ходил не маленький ураган, а бушевал настоящий морской шторм.

— Нда... — сказал Ванька, представив, сколько времени он будет разгребать завалы и искать эти несчастные следы (или что там держит Вторушу).

Начал Ванька с кухни. Вынес верхний слой мусора, напёк горку блинов. На запах вылез Жабохвост, умял всю тарелку, а потом уставился на Ваньку и сказал:

— А ты кто такой?.. Лицо какое-то знакомое...

— Да племянник я твой! Ванька!

— Действительно… А я уж подумал, не богатырь ли ты...

Старик с интересом наблюдал, как Ванька разгребает его логово, даже пару бесполезных советов дал.

Однако, едва золотарь откопал обитую железом дверь в подвал, колдун взвился и закричал:

— Сюда нельзя! Запрещено!

Ванька закивал:

— Да-да, конечно...

И вернулся туда же через часок. За час у колдуна память окончательно обновлялась, и ему приходилось опять рассказывать, кто чей племянник, где какая сестра и что в Ванькином лице нет ничего героического и богатырского.

Но и в этот раз колдун прогнал его от кованной двери и отлупил метлой:

— Запрещено! — кричал дед ему в след, — нельзя!

10

Ночью, когда дедов храп сотрясал мельницу, Ванька прокрался к запретной двери, иголкой вскрыл замок и спустился в подвал.

Внизу, как ни странно, порядок был безупречный. Уходящие под потолок полки, на которых в аккуратных вязанках лежали подписанные красивым почерком травы, мешочки и скляночки с веществами. Всё было покрыто слоем многолетней пыли — похоже, колдун сюда не спускался с тех самых пор, как его по голове треснули.