Наследник с Меткой Охотника

Затем мы как-то незаметно с убийства чудищ перетекли на обсуждения девушек. Змей рассказал, что уже второй день в лагере и уже познакомился с одной личной дворянкой. Как я понял, она его к себе близко не подпускает. Возможно, опасается.

— Но я не отступлюсь! — воинственно заявил Змей. — Видел бы ты, как она рисует! Сидела тут в обед, берёзки малевала. М-м-м... красота. А у тебя, Макс, что там с герцогиней?

— Сегодня аномалию вместе закрыли.

— Да ты звиздишь?!

— Отвечаю.

— Не, ну раз отвечаешь...

— Гляди, что добыл там.

Сколько восторгов проявилось на лице у Змея! А потом пришлось рассказывать ему про артефакты-оруженосцы.

В ходе этого разговора я понял, что очень устал за последние дни и хочу спать. Всё-таки бесконечная беготня, смена стран и городов сильно утомляют.

***

Утром в столовую на завтрак мы пошли вместе со Змеем. И когда мы с упоением орудовали ложками, поедая рисовую кашу, к нам подошла герцогиня.

— Максим, доброе утро, — кивок мне. — Сударь, — кивок Змею, — у вас не занято?

Змей изумлённо пялился на неё, уронив челюсть на стол. Ну да, вблизи Света ещё краше. Но так откровенно пускать слюни?

— Художница, — холодно шепнул я на ухо своему новому другу, и оцепенение с него спало.

В общем, герцогиня завтракала с нами. Она уже не краснела, как вчера, и вела себя гораздо раскованное. От девушки совсем не чувствовалось негатива или высокомерия к Змею. Здесь, в лагере Корпуса, она уж точно воспринимала его как равного.

И мне это очень нравилось.

— О, Ваша Светлость, приветствую вас, — с дежурной улыбкой герцогине поклонился шатен в дорогой рубашке. На его левой руке был наруч ещё большего размера, чем у Светы.

Парня сопровождали двое юношей. Один на запястье носил толстый дорогой браслет, а у второго на среднем пальце левой руки поблёскивал крупный перстень.

На всех этих дорогих артефактах-оруженосцах были нанесены гербы родов.

— Ерофей Степанович? — хмуро проговорила Света.

— Ах, Ваша Светлость, — вздохнул он, смотря на неё ехидно. — Вы, вероятно, шутите. Титулы всегда приемлемы. Забыть о них значит забыть о наших предках.

— А кичиться ими в боевом братстве значит срамить наших предков, — резко ответила Света. — Времена, когда аристократы бездельничали и прожигали свои состояния, выпячивая длину родословной, прошли.