Наследник с Меткой Охотника

Пареньки прошли мимо, насмехаясь и тихо обзывая нас обезьянами.

— Отлично, парень, — кивнул кахетинец, — ты лучше, чем я думал. Идём.

Когда я решил идти за этим странным кахетинцем, я испытывал лёгкие сомнения. Да чего уж там, я, Вольный Воитель, считал всё происходящее той ещё авантюрой. Но вот ведь какое дело, Вольные Воители порой не прочь ввязаться в авантюры. Такие, как я, люди весёлые, мы любим и умеем отдыхать — веселиться, отключая мозг. В таком состоянии мы можем взяться и за серьёзное дело и положиться на импровизацию.

Если только полностью уверены в своих силах, а серьёзное дело представляется весёлой прогулкой.

В иных же случаях, во время сложных заданий, Вольные Воители уделяют огромное внимание подготовке. Выходят на дело с холодной головой и пластом собранной информации.

Сейчас мне приходится импровизировать...

Уверен ли я в своих силах? Ну, по крайней мере, сейчас я могу дать отдохнуть своему Сосредоточению и энергетическим контурам. Всё-таки долго прятаться, растворившись в мире, непросто и утомительно.

А ведь уже начинает светать.

Я заметил двух полицейских, мы с кахетинцем как раз в этот момент обсуждали несуществующую бабушку Алифу. Разумеется, на арабском. Он понял, что я могу довольно непринуждённо поддерживать его импровизацию, чем и пользовался по полной программе.

Полицейские покосились на нас.

Поймав их взгляд, я громко цыкнул на кахетинца и принялся кивать стражам порядка, мол, простите-извините.

— Вот-вот, не шумите! А то ишь, понаехали! — выругался один из полицейских.

Мы дождались, когда пешеходный светофор загорится зелёным, и законопослушно перешли дорогу. Срезали путь через сквер и оказались возле небольшого микроавтобуса бежевого цвета.

Кахетинец открыл задние двери, я помог ему засунуть внутрь тележку, а затем погрузились и мы оба.

Внутри сидел мужчина лет сорока с неприметным лицом и женщина со светлым каре.

— Ну наконец-то! — крикнул хмырь. — Погнали.

Микроавтобус плавно тронулся с места.

Трое человек внимательно разглядывали меня. Первой, как ни странно, не выдержала женщина:

— Нам очень жаль, Максим, что всё так случилось, — сказала она, и в её голосе я в самом деле расслышал нотки искреннего сочувствия.

— Мои родители мертвы? — коротко спросил я.