Наследник с Меткой Охотника

Можно сказать, что энергия у меня двух типов. Одна находится в Сосредоточении, если её тратишь, она постепенно восстанавливается до определённой границы. И, развиваясь, я повышаю эту границу, а значит, и объём доступной мне для сражений энергии.

Другой тип энергии — та, которую поглощает Метка, когда я убиваю врага. Эту энергию я трачу на развитие своего Сосредоточения, умений, зверюги. Этакий аналог очков опыта в видеоиграх.

Сейчас зверюга случайно убила двоих. Аварию уже видно не было, когда мне в Метку прилетела сначала одна порция энергии, а затем и вторая — то есть враги умерли не сразу, мы от них уже далеко отъехали, но Мироздание засчитало мне их убийство.

Как и обещал, пришлось делиться со зверюгой. Она порадовалась.

Глупая. Не понимает, что теперь я выведу её на самообеспечение? И в дальнейшем просто не буду давать из Метки ту энергию, которую добываю своими собственными руками.

А вот она мне ещё половину добытой энергии отдавать будет.

В аэропорту тоже всё прошло гладко. Меня даже не заставили показывать сумку из-за банки с «громадной маринованной сливой», ну а если точнее с сердцем огненной гончей, замоченным в её же крови.

А всё потому, что с сердечком произошло странное... Но не об этом сейчас.

— Фух... скоро взлетим, — выдохнула Лиза, улыбаясь, когда мы заняли свои места в салоне самолёта.

— Ага, наконец-то отправляемся в наше путешествие в Москву, — улыбнулся я.

— Да. Отправляемся! Полетим, — быстро проговорила она.

И замолчала. Не убирая улыбки с лица, девушка повернулась к иллюминатору.

Странная она какая-то... Задеревенела, что ли? Чего бы это?

Люди продолжали занимать свои места, и вот стюардессы уже проводят инструктаж. Ещё до его начала Лиза начала застёгивать ремень безопасности. Её руки подрагивали, хотя она всем своим видом пыталась демонстрировать спокойствие.

А когда самолёт тронулся с места, внутри Лизы скакнула энергия. Девушка до белых пальцев вцепилась в подлокотник.

Эм, вон оно что. В моём прошлом мире самолётов не было, я сразу не сообразил. Особо богатые и одновременно с этим сильные люди для полётов использовали животных и монстров.

Помню, наш благовоспитанный Лютик Вертихвост жутко матерился, прямо как портовый грузчик всякий раз, когда ему приходилось седлать молодого дракона или грифона.

Я положил ладонь на ручку Лизы. Девушка вздрогнула и посмотрела на меня с благодарностью.

Второй рукой я начал гладить её бедро, тихо приговаривая:

— Всё в порядке, милая... Я рядом... ничего страшного не случится...