Его чужая жена

Высокая, стройная, темноволосая, почти никогда не улыбающаяся. Впервые Руперт встретил ее в военном лагере. Гордая алансонка, она командовала отрядом партизан. Те называли ее Стрелой. Стрела...

Темные волосы, которые Елена всегда заплетала в косу, белоснежная кожа, огромные янтарные глаза... Капитан Сен-Клер был сражен наповал с первого взгляда.

Их роман напоминал каменные обвалы, которые партизаны устраивали войскам Узурпатора в горах: огромные валуны, летящие на головы людей и дальше — в пропасть.

С Еленой у Руперта всегда складывалось ощущение, что и они сами, словно валуны, летят в пропасть.

Сумбурные внезапные встречи, ночи, проведенные в лесу, когда они, укрывшись плащом, смотрели на яркие звезды, бешеные скачки через ущелья, когда пули свистят над головой, — все это заставляло лишь смеяться. С Рупертом нелюдимая Стрела вновь начала смеяться.

Елена погибла в битве при Талаверде, а через неделю после ее смерти было подписано мирное соглашение, и армия Узурпатора сложила оружие.

Почувствовав, что состав набрал ход, лорд Сен-Клер раздвинул занавески. Поезд уже выехал из города и теперь несся вперед.

Перед глазами мелькали зеленые поля, сменяющиеся яблоневыми садами. Кое-где можно было заметить неказистые домики, беленые стены которых увивали розы. Даже облака, порой закрывавшие солнце, придавали этим картинкам очарование.

Будучи на пять лет старше, лорд Сен-Клер никогда не любил кузена, считая его малодушным. Болезненный, хилый, вечно прячущийся за подол материнского платья, Тони всегда казался жалким. Поначалу Руперт даже сочувствовал кузену. В дальнейшем сочувствие, — впрочем, не без стараний самого будущего виконта Сен-Клера — переросло в насмешливую снисходительность.

Внезапная смерть отца Тони привела лишь к тому, что новоиспеченный двенадцатилетний виконт стал еще заносчивее.

Отец Руперта говорил, что школа или колледж могли бы выправить характер капризного племянника, и даже предложил несколько достойных учебных заведений. Но мать Энтони, бледная, болезненная женщина, и подумать не смела, чтобы отправить единственного сына в «это ужасное место», настояв на домашнем обучении.