Его чужая жена

Дениза обернулась:

— Простите?

— Морриган, богиня войны, — охотно пояснил Сен-Клер. — Вы же рассказывали, что ведете свой род от нее.

— Всего лишь от дочери короля, — поправила его виконтесса. — Побочная ветвь, если помните.

— Сомневаюсь, что ваша прапрапра была просто дочерью короля. — Руперт усмехнулся. — Знаете, я хотел отказаться от приглашения, но вы так все описали, что, пожалуй, поеду с вами, не хочу пропустить веселье!

— Вот как? — Теперь во взгляде Денизы сквозило любопытство. Она рассматривала кузена своего мужа так, словно увидела впервые.

— Мне нравится наблюдать за тем, как это делаете вы. — Руперт поднялся и подошел к девушке: — Вы никогда не сдаетесь, верно?

Она повернула голову и посмотрела мужчине прямо в глаза.

— Моя гордость — единственное, что мне осталось, милорд. Полгода я жила, подвергаясь презрению за то, чего никогда не совершала. Тони... — Дениза горько усмехнулась. — Мой муж выслал меня сюда, словно надоевшую игрушку, а все эти люди предпочли пошлые выдумки действительности.

Она не понимала, почему откровенничает с кузеном мужа, но в Руперте было что-то, располагающее к доверию. Это не было чарами, Дениза несколько раз проверяла. Но зеленые глаза внимательно смотрели на нее, в них светилось участие и еще что-то.

— Вы считаете, что получите удовольствие? — Лорд Сен-Клер едва заметно улыбнулся.

Дениза опустила голову, воинственный запал ушел.

— Нет, но кого это трогает? Энтони наверняка захочет поехать, не появись я там, слухи поползут с новой силой.

— А вас они задевают?

— Всегда неприятно, когда тебя обвиняют в том, чего не совершал, не находите? — Девушка вновь отвернулась к окну.

Некоторое время Руперт смотрел на нее, ожидая, что жена кузена продолжит, но она молчала. Так и не дождавшись ответа, лорд Сен-Клер свистнул Тори и, не говоря ни слова, вышел из комнаты.

Дениза еще долго стояла у портьер, задумчиво разглядывая свои клумбы и понимая, что почти шагнула за грань дозволенного с лордом Сен-Клером.

Глава 8

Энтони появился на первом этаже лишь к ужину. Бледный, с темными кругами под глазами, он тем не менее олицетворял собой болезненную решительность и непреклонность.

Не глядя ни на кого, виконт прошел в столовую и сел во главе стола. Дениза по праву хозяйки заняла место напротив, а Руперт небрежно опустился на один из стульев, стоявших сбоку. Тори примостился у ног хозяина, требовательно поскуливая.