Его чужая жена

Все давно прошло и перестало быть важным.

— Простите, — зачем-то повторила Дениза.

Какое-то время они стояли молча, думая каждый о своем.

— Вы действительно готовы были жениться на... той женщине? — спросила Дениза.

Руперт пожал плечами:

— Не знаю. Может быть, да. Шла война, и мы никогда не говорили об этом.

— А о чем говорили? — слова сами сорвались с языка. Виконтесса смутилась: — Простите, я не должна...

— Ничего страшного. — Сен-Клер повернул голову и посмотрел на свою собеседницу, в темноте ночи его глаза, казалось, сверкали: — У нас всегда было слишком мало времени.

.. Мы говорили о пустяках.

— О пустяках?

— Погода, армейские анекдоты — все, что угодно, только не планы на будущее.

— Что... что случилось потом?

— Она погибла. Была битва при Талаверде, в армейских рядах царила неразбериха, и я узнал обо всем лишь через два дня... — Руперт замолчал и потом со злой горечью добавил: — Из официальных донесений.

— Мне жаль.

— Такова жизнь.

— Но это несправедливо.

— Зато это — жизнь. Видите, я становлюсь философом.

— Руперт усмехнулся и посмотрел на Денизу. От его взгляда не укрылось, что она обхватила себя руками и слегка дрожит. — Сумасшедшая, вы же вышли в одном платье! Вот, держите!

Он снял с себя смокинг и накинул ей на плечи. Она хотела отказаться, но от ткани веяло теплом, и девушка невольно ухватилась за атласные лацканы, кутаясь в восхитительно теплую тонкую шерсть.

Запах дорогого мужского одеколона окутал ее, и на секунду Денизе вдруг представилось, что она в объятиях Руперта.

Девушка вздрогнула. Это не укрылось от лорда Сен-Клера.

— Холодает, пойдемте в дом, — предложил он, ошибочно решив, что его спутница все не может согреться.

Она покорно кивнула и направилась к крыльцу. Подозвав своего пса, Руперт догнал жену кузена и зашагал рядом.

Рука об руку они вошли в холл. Дениза вдруг поймала себя на мысли, что в этом было что-то очень личное. Словно они вдвоем жили здесь и каждый вечер гуляли на краю рощи. Это было восхитительно, но неправильно.

Девушка с деланым безразличием сняла смокинг и передала его хозяину:

— Спасибо.

— Всегда рад. — Короткий поклон, и Руперт прошел в гостиную, где в одиночестве сидел Тони.

Дениза не стала заходить следом. Пользуясь тем, что муж был отвлечен появлением кузена, она направилась к лестнице.

— Ваша милость. — Порридж, спускавшийся навстречу, почтительно посторонился.

— Что вы делали наверху, Порридж? — Почтительность всегда раздражала Денизу, и голос прозвучал излишне резко.