Сабуро́. Книга 2. Самурай без меча

Та пытается уползти, но не успевает…

…То же пространство, но сейчас оно мерно подрагивает. За прутьями голубое небо. Сверху свисают волосы, они того же цвета, что и прежние усы. Дрожь прекращается. Перечёркнутое тёмными полосами небо меняет цвет: поначалу голубое, оно краснеет, а затем становится белым. С красным крестом поперёк…[3]

***

Ничего подобного я ещё не испытывал. Прислушиваясь к тому же Сибе, я улавливал лишь обрывки собачьих мыслей, а тут — целые видения! Либо это птица такая непростая, либо со мной что-то странное происходит.

Может, у меня Дар? Бабушка, правда, говорила, что у нас в роду он только женщинам передаётся, да и то не всем, но на свете чего только не бывает! Вон на Камчатке сколько шаманов. Да и в Японии… Тот же Эн-но Гёдзя явно мужского полу был, но видел такое — одни синие Дзао чего стоят! А бесы, что ему служили? Может, прав Его Милость, и я тоже как Эн-но Гёдзя стану? Ладно, поживём — увидим…

— Выходит, брат Капитан, ты не местный. Что, «рыжеволосые» сюда привезли да не уследили? — подытожил я, возвращаясь к действительности.

— Я тоже издалека, только на чужбине по своей воле оказался, причём дважды. Долги у меня тут, полный набор…

— Как? — откликнулся Капитан, склонив голову набок: отчего-то ему нравилось переспрашивать.

— Да так: сначала вроде как кровь родная позвала, а теперь долги не отпускают. Оказался я, брат, на службе у князя Янагисавы. Не слыхал про такого?

— Как?

— Янагисава. Он у самого сёгуна в любимцах ходит…

— Сёгуну долгие лета! — раздалось в ответ.

— Долгие лета сёгуну!

Это было что-то новое, причём снова сказано по-японски! Любопытные слова. Я уже начал догадываться, что Капитан повторяет услышанное, причём то, что ему нравится, запоминает быстро — «кашель» тому подтверждение. Однако размышлять над этим сейчас было некогда, к тому же что-то подсказывало, что «беседу» с необычной птицей нужно продолжать:

— Согласен. Врать не буду: сам я сёгуна не видел. Но человек, говорят, хороший. Животных в обиду не даёт.

Птиц, кстати, тоже.

— Осёл!

— Ты больше так не говори! Не посмотрят, что живое существо, мигом чучелко сделают: вон у тебя какие перья красивые… Слушай, что-то заболтался я с тобой, пора и честь знать! Ну так что — одолжишь мне пугало?

Не дожидаясь ответа, я встал и принялся выдирать кагаси из земли. Капитан, похоже, не возражал: вместо очередного «как» он лишь громко откашлялся, вспорхнул, сделал круг над огородом и приземлился точнёхонько на мой мешок.