Сказки Бернамского леса

— Не смогла? — Ладони у Норы вмиг вспотели, а губы напротив высохли.

— Или не захотела, — пробурчала Мэгг, и уже громче добавила: — Ветер в спину, сестра!

— Какого драного фомора, ты насильно призвала меня в круг?! — Энн взбешенной фурией вылетела из темноты. Появилась на освещенной охристыми бликами поляне, и тени, что кидал огонь на землю, бросились врассыпную. Огонь взметнулся ввысь, приветствуя свою любимицу. — У меня налоговый отчет на носу!

Энн почувствовала, как трещат запоры. Вскинула руку к пламени, высвобождая накопившуюся за день тьму.

Огонь сжигал ее без остатка, превращал в свет и тепло. Переваривал черный людской гнев, неосторожно брошенные проклятья, завистливые взгляды и липкое уныние. Нора с ужасом осознала, что этой тьмы хватило, что бы заразить чумой небольшую деревушку или сотворить град и побить пшеницу во всей округе или…

— Твоя сила растет, — выдала очевидное Мэгг.

Энн устало опустилась на свое место.

— Да.

— Это значит, что магия туатов пытается вырваться.

Ты не нашла способ совладать с ней. Твое тело не выдерживает, — спакона даже не попыталась сделать интонацию вопросительной.

— Знаю.

— Тьма тебя раздери, Энн! — Взметнулась Элеонора, — Ты понимаешь, что угробишь себя и тех несчастных, что будут рядом?!

— Нора, следи за тем, что ты говоришь! – строго одернула ведьму Мэгг. — Ты, конечно, зельевар, а не сейдкона, но даже у слабейших из нас слова имеют силу! Энн, твой отец четко дал понять, что тебе нужно пройти обряд, вспомнить свое истинное имя и переродиться туатой.

Без этого человеческое тело не выдержит. Тех крох сидской крови, что есть в нем, не хватит. Твой отец может помочь. Он помнит одно из имен и назовет его в день Лита. Желаешь ты этого или нет.

— Мой отец, — Энн выплюнула слова, словно они горчили, — сын Дагды, царский врачеватель, спаситель Ирина — лжец, завистник и убийца. Конечно, он знает мои имена и выберет наиболее удобное из них, чтобы притянуть навсегда к Холмам, запереть в бессмертном Сиде, окружить своей безумной любовью.

Но я лучше удавлюсь, чем позволю ему обрести надомной власть. Я сама разгадаю свои имена, получу свободу и не произнесу более ни одно из них.

— Сама ты еще сто лет будешь искать ответы. Не хочешь спрашивать у отца — попроси помощи у Лавады. Он хитер и найдет способ вызнать хотя бы одно имя. Только не сиди сложа руки! – не сдавалась спакона.

— Я запретила племяннику лезть с этим вопросом к отцу.