Сказки Бернамского леса

А лэрд Хредель смотрел ей вслед и улыбался.

VI. В мире тьмы и музыки

Гарольд надеялся, что для мисс Энн ночь будет, действительно, доброй. Сам же он не сомкнул глаз. Сначала в поисках позднего ужина посетил кухню и обнаружил там трех маленьких пузатых существ, похожих на человечков со взъерошенными волосами.

Они растянулись на плетеных циновках у пылающего очага и беспечно спали. Корзина с печеньем оказалась пуста. Но на плите в огромной чугунной сковороде рядом с чесноком и веткой розмарина в сливочном масле жарился кусок мяса поистине королевских размеров.

Рядом в сотейнике томился соус.

Гарольд не стал звать грогана, боясь разбудить маленьких домовых. Вместо этого прошелся по всему замку, желая убедиться, что завтра у сейдконы не возникнет проблем с падающим на голову гобеленом или прогнившим полом. Но Хайд Брох знал свое дело, и все находилось в исправности.

Возле гостевой комнаты, в которой остановилась Энн, Гарольд постоял, раздумывая, стоит ли пригласить гостью на поздний ужин, и уже было протянул руку к двери, но в последний момент одернул и зашагал прочь, решив, что сейдкона, судя по фигуре, после шести не ест.

Да и не хотел показаться навязчивым. Рабочие вопросы они все решили, а общих тем для беседы у них не имелось.

Тем не менее, мысли лэрда вновь возвращались к Энн.

— Почему ты назвал чистильщицу подменышем? — спросил он у грогана, когда тот сервировал стол.

Дух вопросу не удивился. Закончил работу, уселся на бархатную подушечку, достал трубку и поинтересовался:

— Вы знаете, сэр, кто такие подменыши?

— Конечно, знаю.

— Гарольд недовольно дернул плечом. — Это дети, которых собственные родители оставили у сидов получив золото, редкие артефакты, магическую помощь. Или дети, которых сиды похитили и воспитали, оставив вместо них сухие листья, деревянные палки или низших духов. Эти подменыши живут потом в Холмах и со временем становятся туатами. Поговаривали, мой отец подобным образом расплатился с Холмами за помощь в междоусобице.

Гроган отрицательно покачал головой.

— Все эти человеческие представления ничего не имеют общего с правдой. Ваш отец, сир, расплатился правом первой ночи. Ребенок был лишь неизбежным следствием. Но сейчас не об этом. Нельзя стать туатом, человеком или драконом. Только низшие духи могут за свою бесконечно долгую жизнь развиться, например, от оформившегося страха до настоящей призрачной гончии. Мы эластичны и легко меняемся, подстраиваясь под среду и обстоятельства.