Дело воды

Минамото не особо блистали победами, пока к Ёритомо не примкнули Ёсицунэ и Ёсинака из Кисо. Оба были отличными тактиками, обе умело использовали рельеф местности, эффект внезапности, а также слабости противника — в частности, любовь Тайра к тогдашним формальностям войны. По военному этикету тех времен, два войска, сойдясь в поле, начинали с индивидуальных поединков, затем армии обменивались стрелами, и только потом начиналась общая свалка. Но Ёсинака и Ёсицунэ плевали на эти формальные правила. Собственно, Ёсинака воспользовался этими формальными правилами только для того, чтобы задержать армию Тайра до темноты на перевале Курикара, после чего он попросту спустил на Тайра стадо быков с горящими факелами, привязанными к рогам, и паникующие животные сбросили Тайра вниз, навстречу засадному полку Ёсинаки.

Ёсицунэ тоже не брезговал ударами в спину и обходными маневрами, что показали битвы при Итинотани и Данноура. Примечательно, что военным дебютом Ёсицунэ стала кампания именно против Ёсинаки: Ёритомо слишком опасался кузена, который споро захватил столицу и неугомонного императора Го-Сиракаву.

В этой войне Минамото дрались против Минамото не меньше, чем против Тайра.

Тайра пытались отсидеться на Сикоку, потом на Кюсю, надеясь, что Минамото попросту съедят друг друга. Выжидательно-оборонительная стратегия их и погубила: Ёсицунэ и Нориёри преследовали их и атаковали с упорством питбулей. К моменту решающей битвы при Данноура дух Тайра был настолько сломлен, что, по некоторым хроникам, больше их покончило с собой, чем погибло в бою.

В их числе была и вдова Тайра-но Киёмори, которая поясом привязала к себе маленького внука, императора Антоку, и бросилась в море. Так Тайра потеряли не только людей и корабли, но и основу легитимности своего правления: императора.

Минамото-но Ёсицунэ

Долго ли коротко ли, но мы добрались-таки до нашего главного героя. Несмотря на то, что его биография достаточно

хорошо задокументирована, она при этом обросла невероятным количеством легенд.

Дело в том, что в те времена японцы так увлеченно резали и жгли, что аутентичных хроник тех времен и не сохранилось, а те, что есть, записаны по популярным в последующие века воинским повестям, гунки-моногатари. При этом зубодробительная скрупулезность гунки-моногатари в родословных и перечислении чинов и рангов не оставляет сомнений в том, что они опирались на более ранние хроники, но... не осталось от тех хроник ничего.