Сын своего отца

- На дверь налетел... - буркнул Хорд, сообразив, что нордийцу что-то уже известно.

- И как же ту дверь зовут? – продолжал скалиться Барц.

Хорд недовольно дёрнул плечом и обжёг взглядом собеседника, слишком уж настойчивого для столь щекотливой ситуации.

- Эрг Донито, если тебе что-то говорит это имя, - скривился он и тут же переменил тему. – Так где, говоришь, они высадятся?

Семёрка юношей, усиленная двумя опытными рыцарями под командованием старого вояки, сорокадвухлетнего Варта Аль-Хали, вечно настороженного и угрюмого, вернулась в Расс поздно вечером.

Они, временно вошедшие в первую сотню Альберта Хорда, сопровождали караван до крепости Дор и обратно. Назавтра им предстоял день отдыха, прежде чем заступить в резерв.

Обязанности рыцарей замка зависели от очерёдности несения службы. Одна сотня сопровождала караваны, другая дежурила на стенах и воротах замка и иных важных объектах, третья несла патрульную службу в городе, а четвёртая отдыхала, находясь в резерве. Через неделю все менялись ролями.

И лишь пятая сотня, сотня личной охраны герцога, неотступно сопровождала правителя, являясь при этом неприкосновенным резервом на случай чрезвычайных обстоятельств.

Обычный утренний совет командиров сотен, на котором Хорд, как командир резерва, исполнял обязанности дежурного начальника всех сил замка, прервал здоровенный растрёпанный деревенский детина, которого чуть ли не бегом привели от ворот. Он ежеминутно шмыгал носом и, вытирая сбегавший со лба пот, возбуждённо жестикулировал в такт своим словам.

- Это... вот! Я говорю, семьдесят три их. Все такие!.. Рожи – во! Как налетят, и хрясть, хрясть! Мне – трах по башке, а я ползком, ползкам, и в лес. Ноги в руки – и дёру. Тут мужик навстречу. Ору – лошадь давай! А он – чё, грит, надо? Я говорю – лошадь давай, разбойники там. Еле допёр мужик. Он в лес, а я – в город. Чё, думаю, в Оду соваться? Куда тамошним старым пердунам дёргаться. Их те сразу замолотят с такой-то силищей.

Парнище был изрядно оборван, на голове запеклась порядочная ссадина.

- Они, гады, со стороны деревни пёрли. Я чё думаю? Заколбасили они нашенских рыцарей, хоть тех и было пятеро.

- С чего ты решил?

- Дак ведь я вижу, что некоторые в их шмотки влезли. Почитай, все с мечами! И рожи – во! Шире, чем у меня!

Парень возвращался с отцом и соседом в деревню Глухую на одноимённой реке из Оды. На подъездах к дому их перехватили неизвестные вооружённые люди, сразу же кинувшиеся крутить крестьянам руки, избивая по ходу дела.