Океан и цветок

Люди падали, им помогали подняться, родители пытались нести детишек на руках. Опять звучали крики и плач, а потом вдруг те, кто был впереди, замедлили шаг, бегущие следом налетели на них. Кай сам еле удержался на ногах, с трудом перевел дыхание и огляделся. По сторонам улицы теснились двухэтажные деревянные строения с покатыми крышами, пестрящие матерчатыми вывесками с теми же изломанными буквами, что и на борту корабля — лавки или, может быть, склады. В воздухе стоял запах рыбы, ядреных специй и какой-то гадости, отчего Кая даже замутило.

Вокруг стали собираться зеваки, в основном рыбаки или торговцы, в странной местной одежде — что-то вроде куцых халатов и совсем уж коротких штанов. Некоторые смотрели с любопытством, большая часть — с презрением и неприкрытой злобой. Двое-трое даже принялись орать что-то и размахивать кулаками, но их отогнали солдаты. С десяток их, вооруженных палками, стояли у открытых дверей одного из складов, а рядом с ними подпрыгивал и хлопал в ладоши, пытаясь привлечь к себе внимание человек с круглым лицом и закрученными черными усиками.

— Джентльмены! Леди! Пожалуйста, послушайте! — надрывался он. — Пожалуйста, проходите внутрь! По одному, не спеша! Не бойтесь! Вам дадут поесть и отдохнуть!

Кай удивленно присмотрелся. Не тэйец, разговаривает на языке метрополии, хотя и со странным акцентом, и одет не как местные. Услышав знакомую речь, притихшие было люди встрепенулись, снова поднялся шум. К усатому бросились сразу несколько пленников, стали засыпать его вопросами, о чем-то просить, но их ударами палок загнали обратно в вытянувшуюся на всю улочку очередь.

— Все разговоры оставьте на потом! Не злите этих господ, пожалуйста! — прокричал тот. — Прежде, чем войти, сложите деньги и украшения, что у вас имеются, в этот ящик! Ради вашей же безопасности, не пытайтесь ничего спрятать!

Несколькими минутами спустя Кай оказался у дверей склада. Мужчина перед ним бросил в стоящий здесь же большой деревянный ящик свой бумажник и снятую с шеи золотую цепочку с жертвенным камнем.

— Не знаю, сэр, кто вы такой, но хочу сказать, что вы поступаете гнусно. Надеюсь, вы осознаете, что за сотрудничество с врагом полагается виселица. Вы должны стыдиться, сэр!

Усатый укоризненно взглянул на него.

— Мишель Декар, добрый сэр, — представился он. От обиды акцент в его голосе зазвучал еще сильнее. — Негоциант из Иль-де-Бланш, нынче же такой же пленный, как и вы. Живу здесь уже пять лет, и поэтому знаю язык.