Князь Рязанский

Я с трудом втянул сумки во двор, сказал: «Покарауль добро княжеское», и поднявшись на крыльцо, вошёл в клеть. Там на широкой, покрытой тюфяком, скамье у окна сидел дедок с бородой до колен, конец которой был заплетен в три косицы, а его седые волосы на лбу были прибраны красной ленточкой.

- Чего вернулся? Дороги не будет.

- Я не вернулся, а обернулся, - сказал я, кланяясь и крестясь на иконы. – Встречай странника, отче.

- Та не уж-то уже? Вернулся?

Старичок шустро соскочил со скамьи, подбежал и засеменил босыми ногами вокруг меня.

- Ты ли это, боярич? Совсем другой стал. На вид - тот же, но внутри…

- Пять десятков лет там прожил, отче.

- Ох, - вскрикнул Старец и, вернувшись к скамье, присел. – Ничего не говори мне, про то место, не рассказывай. Свят, свят, свят, - сказал он, и опять несколько раз перекрестился.

Я со смехом сказал:

- Сам отправляешь в края дальние, а сам крестишься,

- Никто ещё не возвращался.

- Наш, отче, не испоганил я душу.

- Слава тебе, Боже Правый. Говори, что пришёл? С вопросом, бедой или…?

- Поблагодарить пришёл, - сказал я и достал из мошны рубль. – Возьми, не побрезгуй. Когда давал зелье, не стал брать. Сейчас возьми. Набрался я там уму-разуму, остыл. Стал жизнь ценить. Я там один в лесу, все эти годы жил. Молился.

- То-то у тебя глаз глубокий стал, как бездонный колодезь. Спаси Бог, - сказал он беря у меня из рук серебряный стержень.

- Я попросить тебя хотел. Оставлю я у тебя свои сумы. Не дотащу всё до хором своих. Пришлю людишек с подводой, або сам приеду.

- Чо за сумы?

- Да вон, у ворот стоят, - показал я сквозь раскрытую дверь.

Старик выглянул в дверной проём, и еле внятно забормотал:

- Уволь, боярич, я дам тебе подводу. Не хочу брать грех на душу. Не искушай. Не оставляй мешки. Страшные они.

- Хорошо, отче. Давай подводу, и поеду я.

- Выпей квасу, пока я укажу сынам. Вон жбан с квасом, – показал он на стоящую в углу на колоде деревянную кадку, - а вон ковш – показал он на стол.

Старик выбежал во двор, и я услышал его покрикивания на сыновей. Я сидел и осматривал комнату. Прямо напротив входа была открытая дверь в сени, далее виднелась тяжёлая низкая дверь, ведущая в избу, догадался я.

- Зажиточно живет лекарь, - подумал я, и набрал квасу. Квас был кислый. Едва отпив его, я почувствовал, как вспучило живот.

- Всё, езжай с Богом, - сказал зашедши ведун.