Золотая роза для Гвендолин

Вполне возможно, ее обитель находится за горным хребтом.

Львиная голова чуть наклонилась вправо, словно мантикора с любопытством оглядывала меня. Я чувствовала этот взгляд кожей, но не ощущала в нем враждебности. Или все это лишь мои фантазии? Надо бы бежать, а я позволяю зверю разглядывать себя. Кто знает, может в этот момент он раздумывает над тем, съесть ли меня на завтрак или на ужин?

– Ты же не собираешься меня съесть? – осторожно уточнила я.

Мое изумление достигло пика, когда в ответ послышалось отчетливое фырканье.

Да, животные нередко издавали подобные звуки, но прозвучало так, словно мантикора откровенно надо мной посмеивалась. Я вздохнула. Давно пора выкинуть из головы детские сказки и научиться смотреть правде в глаза.

Мантикора опустилась на задние лапы – ни дать ни взять, милая домашняя кошечка. И при этом она продолжала в упор разглядывать меня.

– Ладно, – протянула я, чувствуя себя неуютно под этим пристальным львино-скорпионьим взглядом. – Мне… мне нужно идти.

«Во имя Матери Истока, я разговариваю с животным!»

Я развернулась и решительно направилась к дворцу, продолжая чувствовать на себе взгляд золотистых глаз.

Глава десятая. Кровные узы (ч.2)

До двери, которая привела меня во внутренний двор, оставалось лишь несколько шагов. Подняв голову, я резко остановилась. Посреди белоснежного, с изящной золотой лепниной фасада дворца серым пятном выделялась голова горгульи.

Уже второй монстр за сегодняшний день.

Я озадаченно нахмурилась. Откуда такие мысли? Это же просто украшение.

Если, конечно, таковым можно назвать уродливую каменную морду монстра. Возможно, все дело в том, что горгулья в солнечном свете выглядела слишком… живой. Ее каменные глаза проникали, казалось, в самую душу.

Помотав головой, я прошла мимо статуи и отворила дверь.

Я успела пройти лишь несколько десятков шагов, прежде чем нос к носу столкнулась с Фобосом. Мгновение он смотрел мне в глаза, а затем схватил за запястье. Рывок, и рука, резко вывернутая, хрустнула и вновь так знакомо ослепила болью.

Я вскрикнула и прижала запястье к груди, пытаясь успокоить разгорающийся огонь. Слезы, готовые сбежать из глаз солеными дорожками, я сумела сдержать усилием воли. Злость придала мне сил.

Не дождется. Фобос не увидит моих слез.

– Ты думаешь, я так долго ждал подпитку, чтобы она сбежала от меня уже через несколько дней?

Лицо некромага побагровело. Будь рядом мама, непременно научила бы его, как сдерживать внутри эмоции, окрашенные в темный цвет.