Урмане.

Ивор едва успел уклониться и сразу бросился навстречу.

Урманин на миг потерял отрока, а тот уже вплотную приблизился к щиту, ухватил за край и подсек ногу. Викинг пошатнулся и отмахнулся мечем, скользнув клинком по краю щита. Одним взмахом лишил парня нескольких пальцев. Но на ногах не устоял, упал. Отрок не дал ему опомниться, прыгнул на щит сверху, ударил между кольчугой и шлемом в открывшуюся шею раз, другой. Северянин захрипел, роняя с губ кровавые капли. Прижатый к земле он так и не смог воспользоваться своим мечем.

Ивор поднялся, оторвал подол рубахи, замотал пораненные пальцы едва скривившись. Поднял щит вцепившись в рукоять обрубками пальцев, взял в руку чужой меч и изготовился для повторной встречи.

Отеня одобрительно ухмыльнулся в усы. Не зря вбивал в отрока ратную науку.

Но времени для роздыху северяне не дали. От драккара отделились двое и с диким медвежьим ревом кинулись в бой. Широкоплечие, с густыми бородами на обветренных лицах с  заплетенными в косы волосами, свисавшими из под шлемов.

Отеня своего противника встретил молча. Увернулся от первого удара, от второго прикрыл голову щитом и топор викинга с треском в щепки разнес его край. Заныло плечо. Пришлось отступить, чтоб враг не достал. Но тот напирал, размахивая топором. Пришлось принять удар на умбон. Рука онемела. Отскочил в сторону. Поморщился.

Урманин в бешенстве вцепился кривыми зубами в кованный кант щита. Рыча, замотал головой, брызгая слюной.

Ивор прыгнул. Пнул ногой в нижний край щита. От удара часть зубов выбило. Пришедший в бешенство викинг взревел, сплевывая кровавую пену с губ, ринулся в бой. Отрок не отступил, шагнул навстречу. Какое-то время они бились на равных и все же берсерк с необузданной яростью и напором опрокинул отрока.

Отеня бился во всю силу, лишь краем глаза наблюдая, как рядом сын крутился волчком и донимал противника. Противник достался осторожный и опытный. На рожон не лез, но и спуску не давал.

Сквозь шум схватки показалось Отене будто окликнул его кто. Тоскливо сжало в груди сердце, замерло. Оттолкнув врага, он оглянулся на миг, зная, что увидит. Ивор стоял на коленях, истекая кровью, плетью повисла правая рука. На бледном лице спокойствие будто и звал, чтоб увидеть во взгляде отчем благословление последний раз и проститься. Глаза встретились и он, закрыв веки, упал лицом вниз. Отеня никогда не ведал такой ярости.