Царь-жемчужина

— Ну и осёл ты, Телегин! — вслух сказал сам себе ведьмак. — Ну точно: двигаться тяжело, во рту пересохло, в голове туман. Это сонное зелье! Меня опоили моим же сонным зельем! Акулина заранее дала ему постоять, чтобы душок выветрился. А остатки запаха за травяным чаем запрятала. Мда, попил чаёк с мятой! Вот же хитрая баба! А я-то, я каков болван, ничего не заподозрил. Позорище-то какое! Филька, и тот меня засмеёт, даром что птица. Ох, стыдобища!

Посокрушавшись над своей беспечностью и посмеявшись над собой, Ефрем задумался: что теперь? Как поступить с парочкой подлых неудачливых убийц?

А ведь у них почти получилось.

Им просто не повезло, что ведьмачье тело к зелью не так чувствительно, как у прочих людей. Промедлили что-то Николай с Акулиной, и жертва успела очнуться. А действуй они быстрее и решительнее — всё, не проснулся бы уже никогда ведьмак Телегин…

Брррр.

Ефрема всего передёрнуло, когда он представил, как топор обрушивается ему на голову.

Подумав пару минут, Ефрем стал искать в избе верёвки.

Найдя нужное, он, поставив Акулину и Николая спинами друг к другу, крепко связал их по рукам и ногам, а ещё скрутил супругов между собой.

Сев на кровать, Ефрем сказал:

— Я сейчас сниму заклинание. Не орать, на помощь не звать, вести себя тихо. Пикнете лишнего — сам зарублю. Ясно?

Акулина и Николай дружно замигали.

Ведьмак зашептал слова на незнакомом языке и провёл ладонями над головами супругов, будто смахивая пыль. К их телам вернулась свобода.

— Гад ползучий!.. — злобно и одновременно жалобно сказала Акулина.

Николай молчал, опустив голову и разглядывая пол, как будто там было что-то очень интересное и важное. Смотреть в глаза ведьмаку он не хотел.

— Ну, голубки, рассказывайте. Когда решили меня убить, чья была задумка. И зачем вы вообще это затеяли?

— Известно, зачем! — вскинула голову Акулина. — У тебя сумка жемчугами набита и под подушкой целое сокровище! А у нас и копейки не водится, детям от голода животы сводит. Разве оно так справедливо?! Вот мы и подумали…

— Ты подумала, — вполголоса поправил Николай.

— Ты же мне плешь проедала, пока Ефрема рядом не было: “Он богач, у него жемчуга как грязи! Куда ему столько, а у нас дети”. Ты меня на грех подбила!

— А, муженёк, решил на меня вину свалить?! — сверкнула глазами Акулина. — А не ты ли ныл: “Тяжело в артели работать, коль удача рыбацкая вернётся! Вот бы деньгой разжиться. Видела, что у гостя нашего полны карманы денег да жемчуга? Тюк по голове, и всё.