Кладоискатель поневоле

За всё время их знакомства, Михалков ещё ни разу не посещал поместья Талтиных. Растерянный Талтин вскочил на коня и, дав шпор, поскакал прочь.

Только отъехав на приличное расстояние, он сумел привести свои мысли в порядок. Граф Михалков не имел возможности дать распоряжения лакеям после их встречи, а стало быть, граф уже до его прихода знал о произошедшем. А узнать он мог только от одного человека. Проклятый Павел Колесов всё-таки не сдержал своего слова! Рука Талтина невольно легла на эфес шпаги. Сегодня же Колесов поплатиться за это.

Только Талтин въехал во двор своего имения, как навстречу ему выбежал Иван.

— Беда, мой господин! — запричитал он, ломая руки. — Просто беда!

— Что случилось? — нахмурился Талтин.

— Ходил сегодня к шорнику, так тот сразу потребовал уплатить деньги вперёд. Все в округе только и твердят, мой господин, что мы банкроты, и требуют оплатить все счета. Прямо даже и не знаю…

Талтин не стал слушать дальше и, зло подстегнув коня, выехал вон со двора. Он скакал в город, где располагалось здание Императорской службы по сбору податей, чтобы под тем или иным предлогом вызвать на дуэль Колесова.

Однако негодяя там не оказалось: он выехал по делу к графу Кореневу. Талтин отправился к графу Кореневу, но и там Колесова не было. Граф Талтина не принял, сославшись на болезнь, но Талтин сильно подозревал, что Коренев на самом деле отказал ему от дома по той же причине, что и Михалков. Зато слуги Коренева охотно доложили, что Колесов от них уже уехал и вроде бы собирался направиться к маркизу Смолину…

Талтин до самого вечера рыскал по всей округе в поисках Колесова, пока, наконец, не осознал, что это совершенно бесполезно.

Колесов явно избегал встречи с ним, а все местные дворяне попросту избегали встречи с ним и отказывали ему от дома.

Талтин возвращался домой, чувствуя себя полностью разбитым. Встретившийся на улице Сопчинский, носитель одной из самых беднейших фамилий округи, притворился, что не заметил приветствия Талтина, и прошёл мимо, отвернувшись в сторону.

А на главной городской площади за ним увязалась ватага улюлюкавших уличных мальчишек. Похоже, уже вся округа знала, что Талтину уготована долговая тюрьма.

Впереди послышался шум, и из-за угла навстречу показалась тяжёлая повозка, сопровождаемая несколькими жандармами. Но шумели вовсе не они, а ещё одна орава мальчишек, шедшая следом за ними. Повозка представляла собой телегу с большой клеткой, внутри которой кто-то сидел.