Медом по крови

Ну а маленькая шутка с графом Монтегю, поверившим, что круль Ливонии искренне испугался и желает прогнуться, и вовсе стала крохотной вишенкой на торте. Думается, вельможный граф на всю жизнь запомнит вонь дерьма того свинарника, где он изволил продрать глаза…

Тадеуш Твардовский вырос за спиной. На сей раз, Кат был в панцире стражника, с шестопером в руке, и парой пистолей за поясом.

- Докладывай, раз пришел, - оторвался от созерцания бушующего в ночи людского моря круль.

- Более-менее вычислили тех, кто мутит воду в толпе.

- Более-менее?

Кат пожал плечами, дернул носом.

- Ага. Бунт готовили не дураки. И второй, а то и третий слой подстрекателей и бойцов обязательно будет. Соответственно, следующим может стать человек, что сейчас ничем не выделяется.

- Понятно… И слой этот обнаружится только после того, как твои парни выдерут первый?

- Помнишь, я как-то говорил, что безпечинец из тебя получился бы весьма неплохим?

 - Ну, друже, я стал крулем.

Есть мысль, что это чуть сложнее.

За окном снова слажено заорали про Казимежа, которого надо прочь. Круль прислушался, снова шагнув к окну.

- И кого этот твой первый слой пророчит вместо меня?

Тадеуш промолчал, предоставив монарху самому догадаться. Или услышать.

Кнежа Старохацкого помянули почти тут же.

- Вот же сволочи!

- Ты снова прав, моцный и зацный пан круль…

- Легко быть умным, когда все прочие хотят казаться дураками. Ладно, что с этими… - Казимеж махнул рукой в сторону площади.

- Тебе их жаль?

- Они сами выбрали.

- Тогда, мы не будем жалеть.

- Они сами выбрали.

Круков, Старая Площадь

Зал был до того мал, что и залом его назвать затруднительно. Но не комнатушкой же оскорблять помещение, где кроме самого круля, сидит еще пять маршалеков и три подскарбих? Все, кому Казимеж хоть сколько-то доверял.

Разговор был тяжелым, но недолгим. Глупцов и прочих ясновельможных трусов у трона Казимеж не терпел, предпочитая выбирать людей по уму и делам.

К тому же, в рукаве у круля несколько месяцев хранился убойнейший довод поступить именно так. Услышав его, военачальники и чиновники тут же начали переглядываться, не послышалось ли. А удостоверившись, что так и есть, уши не обманули, начинали блестеть глазами и чесать могучие загривки, прикидывая, как бы столь благую весть к делу ловчее приспособить....

- Значит, решение принято окончательно?

- Да.