Ловец душ, или История Генриха фон Штейнберга

Вскоре он появился в сопровождении пожилой толстой дамы в сильно декольтированном чёрном атласном платье.  На жирной шее мадам сверкало массивное ожерелье из фальшивых камней.

 Содержательница борделя торопливо поправила высокую причёску из накладных локонов, оценивающе оглядела Генриха с головы до ног и ласково улыбнулась свежему клиенту. Дорогая, элегантная одежда и хорошие манеры гостя произвели на мадам наилучшее впечатление. Молодой человек выглядел вполне платёжеспособным. 

 Мадам Жозефина поприветствовала Генриха на ломанном немецком языке.

Дамы её профессии обладают удивительным даром моментально на глаз определять национальность клиентов.

 Толстуха позвонила в колокольчик, и в зал вошли девушки. Покачивая бёдрами, они выстроились в ряд и замерли в заученных позах. Две блондинки, пухленькая и худышка, три брюнетки, одна совсем юная с припухшими после бессонной ночи веками, и рыженькая, похожая на лисичку вертлявая девчонка. Проститутки, похотливо улыбаясь, уставились на гостя.

Но ни в одной из шлюх не имелось той задорной живости, что так понравилась Генриху в девице на улице. 

– Мои девочки чистые, доктор осматривает их раз в неделю, – заговорила мадам, по-своему истолковав нерешительность клиента. 

– Молодой господин ищет нечто особенное, – подсказал хозяйке борделя Жак.

Мадам Жозефина пронзительно, с лёгким недоверием глянула на Генриха. – Новый товар стоит дорого! Господин готов заплатить?

Генриху стало интересно, что ж такое особенное ему могут здесь предложить.

Он мысленно прикинул, сколько у него при себе денег, и решил, что потянет на любой изыск в заведении подобного уровня.

Мадам хлопнула в ладоши, и девицы тихо удалились. После чего она озвучила сумму. Это было почти всё, чем в настоящий момент располагал Генрих. Но любопытство и алчная жажда удовольствий с удвоенной силой взыграли в крови музыканта. Генрих молча кивнул и вытащил кошелёк. Мадам жестом поманила состоятельного клиента наверх.

 

 В небольшой комнатке с наглухо задвинутыми тяжёлыми занавесями стояла огромная кровать и туалетный стол с овальным зеркалом. Мадам попросила Генриха немного подождать. Вскоре она появилась с молоденькой девушкой. Генрих пригляделся и понял, что девчушке не более тринадцати-четырнадцати лет.  

– У неё ещё не было мужчин, – вкрадчиво улыбнулась хозяйка борделя. – Это лучшее, что вам смогут сейчас предложить в нашем квартале. Испанка.