Сказки потерянного города

            Тяжёлая ладонь легла ему на лоб, и в следующий миг он увидел большие чёрныеминдалевидные глаза и большие полные губы на эбеновой коже. 

            Лицо было красивым и спокойным, а в густой ночи зрачков стояла ровная гладь безмятежной воды. Этот взгляд вытягивал боль из тела. 

            Женщина приподняла его голову и поднесла к его губам чашу с водой. Вода была кисловатой на вкус и тёплой, но ничего вкуснее, Эврону казалось, он не пил.

 

            Осушив чашу жадными, коротким глотками, он снова впал в небытьё. Также внезапно, как и пришёл в себя.

            Только теперь оно не было пустым и чёрным. 

            На смену зияющей пустоте пришли нелепые, тяжёлые образы, расстилающиеся полотном кошмара.

            Его сжимали в объятьях какие-то страшные, тощие женщины с головами хищных птиц и перьями на бёдрах.

Он слышал их запах, тяжёлый и кислый, ощущал жёсткую хватку их скрюченных пальцев, противное щекотание грязных перьев по оголённому животу.

            Эврон метался, пытался высвободится из объятий, выползти из-под груды сальных тел, но птицо-женщины высоко и резко вскрикивали, таращили на него хищные, круглые глаза, а когда он отбивался от них, тщетно напрягая плечи, то они щипали клювами его плоть.

            Пытка становилась невыносимой, он высвободил одну руку, ударил безрассудно, наотмашь, по маленькой птичьей голове. Птичий клёкот накатил волной ярости и ожесточения. Его рука была тут же поймана, плечи плотно прижаты.

            Он был полностью парализован, так что и лопаткой не поведёшь. Горло сжала пятерня и в ту же секунду над ним возникла птичья голова с огромным тяжёлым клювом.

            Напрягся, попытался вскочить, укрыться, увернуться, интуитивно понимая, что произойдёт… Но не мог шелохнуться.

В хищных птичьих глазах сверкнул злой блеск, шея выгнулась, и острый тяжёлый клюв ударил прямо в левый глаз.

            Эврон проснулся на вдохе. Открыл глаза и с трудом дотянулся правой рукой до лица. Пальцы почти потеряли чувствительность, но всё же помогли убедиться в том, в чём так желал арид. Сон. Кошмар.