Сказки потерянного города

Вы облачитесь в плотный, грязный плащ с капюшоном, и ни при каких обстоятельствах не раскроете себя.

– Да как ты смеешь?..

– Я арид и выполняю волю старшего кволли. Если желаете покинуть особняк сегодня, в день перед намеченными торжествами, извольте следовать гласу рассудка.

            Она блеснула глазами и хищно ухмыльнулась.

5

– Прелестная женщина, правда? – высокий, хорошо сложенный мужчина откинул полог палатки и вошёл внутрь. Волна жара ворвалась вместе с ним, но тут же растворилась в ясной прохладе навеса.

            Мужчина был одет в светлые, цвета мелкого песка, одежды, носил громоздкую чалму на голове. Он открыл лицо, укрытое платком, и Эврон увидел его лицо.

Вошедший был загорел и небрит. Тёмная щетина покрыла его острые властные скулы и слегка выдающийся подбородок, но, в отличие от бороды, давала разглядеть черты лица. Незнакомец имел привычку напрягать губы, замолкая, и сжимать зубы, словно стискивая в них откушенное мясо.

При этом глаза его, близко посаженные карие дупла, глядящие из-под тяжёлых бровей, не выпускали из виду жертву. У него был высокий лоб и прямой нос, что ещё больше удлиняло его и без того овальное лицо.

            Даже, если бы доминиканская сталь, заключённая в дорогие с краплением рубинов ножны, не блестела бы на его поясе, арид бы понял, кто перед ним.

            Хозяин.

            Знахарка с эбеновой кожей быстро вскочила, отпрянула в угол, опустила голову и плечи, приветствую господина.

Она даже оставила на постели рядом с Эвроном полную чашу с каким-то отваром, немало, видимо, не беспокоясь, что неосторожное движение больного может её перевернуть.

– Я ждал, когда ты будешь в достаточно ясном сознании, чтобы мы смогли поговорить. Я Арат иб Рэд. Более известный в этих землях как Рэд. Но более важно, что я тот, кто подобрал тебя в песках и вернул к жизни. У меня есть некоторые мысли относительно тебя и твоего дальнейшего будущего, но только от тебя зависит, каким оно будет.

Жагна подтвердит, я ценю свои слова больше, чем песок под ногами, и никогда не просыпаю их даром. 

            Он быстро взглянул на ту, что стояла, словно вырезанная из дерева фигура. Глаза арида поймали инстинктивное движение рудной клетки – от испуга, как у чуткой газели перед рывком прародительницы кволли.