МОЛОЧНЫЕ РЕКИ, КИСЕЛЬНЫЕ БЕРЕГА

Мы с Кином по-прежнему оставались прикованными к стене. Перспектива банально умереть в подвале от голода после всего пережитого выглядела чудовищно несправедливой.

Кот мяукнул, привлекая моё внимание. И в моей голове опять завертелась череда мыслеобразов. Медальон с камнем Акира, этот же медальон на шее его убийцы. Простенький на вид медный браслет с выгравированными на нём рунами на запястье Йори. Маг поднёс браслет к замку на двери, и тот открылся. Поначалу я никак не могла сообразить, чего от меня хочет Кин.

Но кот не сдавался. Он несколько раз посылал мне мыслеобраз – кучку пепла, оставшуюся от нашего тюремщика.

Я встала и подошла к кругу, порылась в пепле и обнаружила уцелевшие медальон и браслет. Медальон следовало надеть на шею, что я и сделала. Браслет в виде незамкнутого кольца оказался слишком большим для моего запястья. Я повертела вещицу в руках и, надев на руку, сжала. Магическая вещь тотчас же уменьшилась, словно была сделана специально для меня. Я довольно хмыкнула и поднесла браслет к замку на охватывающей мою ногу цепи.

Щелчок, и я освободилась. После чего разомкнула металлический ошейник Кина.

***

Дневной свет больно резанул по глазам. Я зажмурилась и ухватилась руками за дверной косяк. Кин коротко, басисто мяукнул. Бедный кошара! Он просидел в подвале в отличие от меня не семь дней, а гораздо больше. Отвык от яркого солнца. Спустя несколько минут я открыла слезящиеся глаза и глубоко вдохнула вкусный, пьянящий, наполненный летними ароматами воздух, воздух свободы.

Однако Кин решительно оборвал моё любование цветущим кустом и лбом подтолкнул меня к входу в дом. Вскоре я ощутила зверский голод. Никогда мне не хотелось есть настолько сильно. Кот целеустремлённо двинулся по коридору первого этажа, я последовала за ним. Что-что, а где находится кухня и кладовая с запасами съестного, хвостатый знал отлично.

В кладовой имелся ледник с разделанной, охлаждённой тушей какого-то животного. Мясо тёмное, напоминало косулю. Однажды однокурсник угощал меня собственноручно приготовленным стейком из вырезки косули.

Изголодавшийся Кин моментально вцепился зубами в мясо. А я достала с полки половину головки жёлтого сыра и хлеб. Тарелки из белого металла, похоже, серебра и стальной острый нож нашлись на кухне. Там же на столе стояли два кувшина, глиняный с красным вином, медный с водой. Я не заметила, как съела сыр и половину круглого серого хлеба, между прочим, свежего. Сыр был тоже ничего, напоминал овечий или козий.