Скучный декабрь

- А ты подумай, пан, каково это, ежели тыщи таких да на врага?! Да бегом, если?– поступь боевых парасолей отражалась в торжествующих глазах изобретателя. – И у каждом солдат, та с карабином вооруженный? Эту хитрость пулей никак взять не можно, я тебе говорю.

Подтверждая теорию, собеседник постучал ладонью по гулкому металлическому боку. Затем, опираясь о собственное детище, пан Хворовский встал и предложил налить.

- За победу! – возвышенно обозначил он. – Нех жие пан Юзеф!

За это выпили, зажевав льющийся мимо рюмок бимбер остывшей уткой.

 Довольный произведенным эффектом хозяин фольварка, подмигнул отставному флейтисту и, подняв палец, обещая новые открытия, исчез за скрипучей дверью сарая, откуда появился, держа в руках обрез.

-Зараз будем испытывать! – твердо объявил он. - Я полезу, а ты стрельни по ему. Только по настоящему стрельни, чтоб, так как на войне. Изо всех сил стрельни по ему.

Пока Леонард вертел в руках врученный обрез, изобретатель военной техники, пытался проникнуть внутрь.

Парасоль, несмотря на кряхтящие попытки приподнять краешек, плотно стоял на опорах.

- Тяжелый, - пожаловался пан Хворовский, растеряно глядя на отставного флейтиста.

- Тяжелый, - согласился тот и пришел на помощь, ухватившись за нижнюю кромку.

- Пудов девять, пан добродий, - после некоторой заминки определил пан Штычка.

- А то! – довольно просипел создатель чуда военной мысли, - Одного железу, знаешь сколько пошло? Неделю ту штуковину клепал, або больше ще.

Поддавшись их совместным усилиям, секретный парасоль нехотя оторвал основание от земли, позволив своему создателю проникнуть внутрь. Пошебаршившись в нем некоторое время и несколько раз гулко ударившись, по всей вероятности, головой, тот, наконец, показался в смотровых щелях.

- Шишек понабивал, - весело сообщили горящие глаза, - доработать треба трохи.

- Скажу, пан изобретатель, что с такой машиной по полю бегать совсем неудобно будет, - сказал Леонард.

- Пропотеешь, певни. А то потом заболеть можно. А какой солдат больной? Джешли он чихает и кашляет? Тут еще подумать надо.

- Это еще подумаем, - гулким голосом произнес пан Лех и завозился в тяжелом изобретении. – Ты давай, стрельни уже, душно тут чего-то совсем. Зараз стрельнешь, и выпьем поновне. Бибмер есть еще?

- Чуть совсем, светлый пан, - сообщил музыкант, проинспектировав бутыль.