Скучный декабрь

Успешная гоньба с ползающим и летающим!

Солнце тонуло в серой мути, тщетно пытаясь пробиться светом к земле. Потягивающиеся со сна солдаты бродили во дворе усадьбы, прислушиваясь к многоголосым призывам, в их в котелках плескался источающий небесный аромат утренний кофе. Редкое явление, когда у кого-то в декабре в котелке плескался кофе. Хоть бы и самый дрянной. Но у баварцев он был. Во дворе сама собой образовалась странная ярмарка.

- А тут есть наисвежие пирожки! Кому пирожки, паны солдаты? - предлагали стянувшиеся в барский дом бабы с корзинами пирожков и еще чем-то секретным, скрытым цветастыми платками от любопытных глаз.

- Бери пирожок, солдатик, - подмигнула пану Штычке рябая крестьянка. - на обмен чо- нить. Хороший пирожок - печеный.

- Их-то я дома поем, – ответил ей Леонард, и отхлебнул желудевого кофе из котелка. – У тебя, моц цо инне есть? Чтобы душа моя пела, меж походов и лишений?

- А то! – подтвердила собеседница и удивленно шмыгнула носом, - Ты то, пан солдат, где на нашей мови такто выучился? Цо аж жест дзивне.

- То не удивление, то истинный восторг у тебя кобйетка должен быть. – скромно откликнулся отставной флейтист, - сражаемся всеми силами за порядок, счастье народное и правду промеж лишений всех ищем. Зараз у государя - императора посражались, а натимчас  у германа слезно попросили. Говорят, без музыкантов, никак победы не будет. Уж очень просили, уговаривали. Сам полковник просил, так-то!

- Прошу вибачиц, пан, – проговорила та и угостила Штычку пирожком.

Поколебавшись пару мгновений, она придвинулась к музыканту, и громко зашептала. - Для такого героического чоловика, имеем инши вещи. Полный прейскурант, отец радетель, пан солдат. Картофелевка, бимбер, цо душа приймет. Высочайший класс всего. Цо в Кыеве господа пьют, нахваливают.

- А на обмен?

- Ну, то на обмен, пан солдат. Деньги то не ходят. Зовсим не ходят деньги то. Цо дашь?

- Сапоги могу, - подумав о щедром даре оберфельдфебеля, предложил флейтист, - Только каблук сбит по тяжелым временам.

 А так, нйемал новые. Сажей чищены всего-то пару раз.

Несчастные уроды, на голенище которых было выведено имя прежнего владельца, мирно почивающего под деревянным крестом, вызвали у торговки сильный интерес. Она повертела их, зачем-то заглянув внутрь.

- Европа, - похвалил приобретение музыкант. - Первейший класс, паненка! Для солдатского дела сделаны, так что сносу им нет.