ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

На лазурном небе не было ни облачка.

«Как тут хорошо», – подумал он. И тут же, словно удар бича, возникло воспоминание: тварь. Сейчас эта гадина оскверняет своей поступью священную землю храма. Снова появилось желание убить, уничтожить, растоптать ненавистное существо, но вер усилием воли подавил его. И без спешки, кивая и улыбаясь встречным, направился туда, куда вело чутьё.

Соплеменники, видя сверкающие серебром глаза – верный признак того, что щенок одержим воплощённым в нём духом – уступали послушнику дорогу.

Шилак'х, не переставая, дивился их слепоте. Как можно видеть блеск серебра в прищуренных глазах и не замечать воняющие хаосом следы твари? Следы, которые зияли оскорбительной чернотой на чистой земле храма?

Чёрные кляксы, которые изобличали отступника столь же верно, как висящий на шее колокольчик, пропадали у входа в библиотеку. Не в большую, где хранились нужные для учебы свитки и проводились занятия, а в малую, одновременно служившую хранилищем. Её высокая круглая башня тянулась к сверкающему бирюзой небу.

Шилак'х пробрался через узкий, будто лаз в нору, вход. На первом уровне было сыро, темно и тихо. В полых колодах морёного дуба залитых воском, хранились записанные на пергаменте сокровища мудрости. Светились зелёным нанесённые на дерево метки. Идя к единственной лестнице, щенок дал себе слово выучить как можно больше из хранимых тут знаний.

Цепочка ярких чёрных отметин вела к выкованной из нетленного железа спирали, которая соединяла два десятка этажей.

Отданные под хранилище уровни закончились. По неведомым причинам тварь не стала прятаться среди поставленных друг на друга колод со свитками. Поднялась выше, в залитые солнечным светом покои каллиграфов – чёрные отметины засияли между высоких наклонных столов. Шилак'х шёл по ясно видимому им следу, стараясь не задеть ни разложенных кусков пергамента, ни приготовленных баночек с тушью, ни стоек с заточенными перьями.

«Писцы любят работать при солнечном свете, – заметил Иверсор. – Странно, что тут никого нет»

Аватара насторожился: каллиграфы занимали четыре последних уровня, и везде было пусто. Выше находился только чердак.

Шилак'х уже догадывался, что там увидит. И люк в потолке открывал, не спеша, осторожно, чтобы не всполошить загнанную в угол тварь.