О чём молчат легенды

Утерев пот, ручьём заливавший глаза, Персей выдохнул сквозь зубы и отбросил лопату. Глянул на кровавые волдыри ладоней и бессильно опустился на кучу навоза. Закрыл глаза. Натруженные мышцы звенели медными струнами, не давая телу расслабиться и отдохнуть.

Поблизости послышались шаги и тут же изумлённый возглас:

— О боги! Неужели это славный Персей, знаменитый чемпион Эллады! Что за насмешка судьбы видеть тебя в таком виде!

Перемазанный навозом чемпион Эллады разлепил веки. Перед ним в неверном свете факелов стояли двое.

Лица скрыты капюшонами. Персей немного подумал и хрипло сказал:

— Вы ошиблись, уважаемые. Меня зовут Неоклис. И я из Милета.

Негромкий смешок. Один из гостей подошел ближе.

— Не стоит нас опасаться, Персей. Мы не выдадим тебя. Нам ведомо, что ты не хотел убивать аргосского царя. Это была случайность. Просто Мойры сочли, что он пожил достаточно.

Незнакомец присел. Его глаза оказались на одном уровне с глазами Персея.

— Более того, чемпион. Мы можем помочь тебе вернуть честное имя.

И прославиться еще больше.

Чемпион открыл глаза пошире и всхохотнул.

— Вернуть честное имя? Вы что, сами боги? Да и какой вам с меня прок? Зачем вам это нужно? — Вытянулся на пахучей куче, закинув руки за голову. — Хотите помочь, так перекидайте навоз, если не боитесь испачкать руки. Лопата там, — качнул головой в сторону.

Второй незнакомец, доселе молчавший, произнес звучным женским голосом:

— Тебе никогда не хватало убедительности, братец. Позволь мне самой. — Незнакомец, вернее, незнакомка, приблизилась к Персею и, помедлив, взялась за края капюшона.

Громыхнул раскат грома. Резко запахло грозой. Налетевший из ниоткуда порыв ветра распахнул полы плаща. Тут же сверкнула молния, так ярко, что Персей на мгновение ослеп. С трудом проморгавшись, он снова глянул на гостей.

Молнии сверкали одна за другой. В их мерцающем свете перед ним, нахмурившись, стояла статная женщина в золотом шлеме и блистающих доспехах. В одной руке она держала длинное копьё, вторую положила на круглый щит.

Персей, не помня себя, простёрся ниц, — Хайре, мудрейшая! Прости, что не признал сразу тебя и твоего спутника. Уверен, это Гермес Крылоногий, любимец Олимпа, ведь так? — Персей повернул голову. Глазами мудрого старца на него с улыбкой смотрел стройный юноша в простой тунике и крылатом шлеме.

— Теперь ты готов узнать, как вернуть себя себе?

Персей медленно кивнул, снова уставившись на идеальное лицо Афины.

Раскаты грома постепенно затихали, удаляясь вдаль.