Контрмарш для Трёх Миров

С ним Авдотья по-прежнему о лечении не говорила: в чёрную тень он не поверит, а вот саму её, не дай бог, примет за блаженную, на черта оно сдалось! Лучше уж всё молчком сделать, выйдет — так выйдет, а нет — позору меньше.

Целыми днями она думала только об одном — что ещё испытать, какое найти средство? Полная мыслями голова не давала покоя и ночью. Сны стали путаными, беспокойными, возьмёшься кому рассказать — не вдруг слова-то найдёшь... Но в одну ночь, трижды просыпаясь от душной жары в уткэнэ, Авдотья вспоминала всё одни и тот же сон.

Над рекой низко кривится старая сосна, в воде — закол для рыбы, а в сторонке, под лиственницами, низенький, только на коленках вползти, балаганчик.

Сосна была приметная, Авдотья как могла нарисовала её на снегу, показала бате Басаю. Тот подумал, помолчал, хмуря брови:

— Есть такое место. Ниже по Чаре, на излучине. Там рыба хорошо ловится, ай, хорошо! А на что тебе?

— Так... во сне видела, — смутилась Авдотья. Батя покосился хитро:

— Во сне? Шаманкой становишься, дочка!

Поглядел на дочь и вдруг понял:

— Ехать туда хочешь.

Ну, давай поедем вместе, одна-то не найдёшь.

Весь день с самого рассвета бежали занесённой тайгой, протаптывали первый след по целику. Авдотья на что привычная к лыжам, вся измокла, коса растрепалась, торчала из-под шапки во все стороны, лицо горело. По сумеркам уже батя показал вперёд:

— Вон твоя сосна. Ну, гляди, есть ли кто в балагане!

Над дымогоном поднимался дымок, и у Авдотьи радостно прыгнуло сердце в груди.

Не зря, не зря поверила сну! С чего она рассудила, что найдёт кого нужно? Бог весть. Просто изо всех сил уповала на удачу.

Старуха Надана хозяйничала на излучине одиноко, сама со всем управлялась. Ставила закол, тянула морду, полную мелкой рыбёшки, коптила, а то морозила во льду на вставшей заводи выше по реке... Столько сил было в худой сухопарой бабке — дай бог всякому молодому! Басая встретила как старого знакомого — да они и были знакомы, всю жизнь на одной реке. На Авдотью Надана лишь зыркнула мельком — и сразу протянула обе руки, взяла за плечи крепкими пальцами:

— Бедная ты девка, сила у тебя есть, а ума где найти?

Авдотья не обиделась — пускай себе болтает старая, лишь бы Игнатьичу помогла.

Ели припасы, привезённые Басаем, и Наданину рыбу, закусывали сушёными ягодами. Табаку старуха обрадовалась так, будто сто лет не курила, тут же разожгла трубку и задымила весь балаган. Потом уложила гостей спать, и Авдотью тут же сморило.