Контрмарш для Трёх Миров

Какие тут у вас свадьбы-женитьбы, мне до того дела нет: закончу дела — и домой, от вас подальше.

— Ну-ну, — усмехнулась девушка. А жаль её: краса неописанная, ей-то не чета. И кудри огненные, и глаза что голубичины, большие да синие, и губы мягкие, такими только целовать... А что веснушек по всему лицу рассыпало — так это к удаче, это девушек не портит. Балует жизнь Григория-то, в самый раз по нём девица! Эх, и красивая должна быть парочка, лебедь с лебёдушкой...

А тут и дверь за спиной у Авдотьи скрипнула, хлопнула, а следом Григорий, лёгок на помине:

— Нинка! Ты что здесь толчёшься? Работы нету у тебя?

Девушка развернулась круто, аж грязь из-под сапог полетела, и бегом! И показалось Авдотье, что она плачет, больно голову низко опустила.

..

Сердиться она не сердилась, для чего же Григорий так-то язвит? Если любит его эта Нина, такие слова — нож в сердце!

А Григорий будто извиняется:

— Это Нинка, счетоводша здешняя. Вообразила невесть чего да и пристаёт к людям!

Авдотья ничего не ответила: не дело в чужие сердечные симпатии влезать, с обеих сторон выхватишь.

*

Белорецкий завод — ещё не город, посёлок пока что, а на вид — село селом, только улицы прямые да церкви нету. От посёлка завилась уже дорога на будущие шахты — отсыпана, укатана, только не мощёна, потому и колеи грязные змеятся, и все, кто на шахтах работает, приносят домой на сапогах и ботинках жёлтую глину.

На другой день Авдотью на шахту повезти не смогли: дождик засеял, дорога раскисла. Позвали в шахтоуправлении смотреть на планы и карты: где копали, что копали, где обрушилось.

.. При Авдотье «чертопёсину» не поминали, но по лицам, по разговору ясно было: не по себе людям, тревожно. Инженеры всё подробно рассказали и ушли на обед, тогда только Авдотья спросила напрямик у начальника строительства:

— А бывало тут ещё что непонятное? Люди не пропадали? Звуки всякие странные, или, например, звери чтобы убегали?

Начальник — серьёзный, хмурый, замученный неудачами на строительстве, — хотел, по глазам видно, чертыхнуться, но при Авдотье не стал.

В шахтоуправлении ждали проверенного, дельного специалиста, а прислали кого? Соплячку! Строит из себя важную персону, вопросы глупые задаёт...

— Не помню такого. А людей расспрашивать... Скажут: инженер, а насаждает суеверия!

Авдотья вздохнула: суеверия они насаждать, значит, не хотят, а духовидца им, значит, подавай?

— Вы меня, товарищ Иргишев, извиняйте, только тут надо одной стороны держаться. Или вам помощь от чертовщины потребна, или нет.