Город во влажной низине

Имо, смущенная и немного напуганная тем, что выбор молодой хозяйки пал на нее — и тем, что об этой прогулке придется молчать, иначе наказание может быть по-настоящему страшным — молчала. Слышно было только отдаленное гудение колокола да слабый гул голосов, доносящийся со стороны монастыря Коодзу.

Аджисай нужна была помощь или хотя бы добрый совет, но ей не к кому было обратиться. Лучше всего было бы обратиться к деду, но прославленный Мо Белый Феникс мало того, что отсутствовал в городе… он еще мог и совет дать такой, что его не исполнишь.

Прославленный заклинатель редко обращал внимание на то, что не каждый обладает такими же ошеломительными духовными силами, что есть у него.

Впрочем, в столице хватало диковин и необыкновенных людей.

В большинстве своем они собирались в квартале увеселений, куда молодой женщине путь был заказан — если, конечно, она не хотела некоторых… недопониманий. Туда и молодые мужчины ходили с оглядкой, почтенными главами семейств это не поощрялось. Но и без веселого квартала в Столице было немало мест, где можно было встретить нужного человека.

Одним из таких мест была небольшая едальня на границе Высокого города и торговых кварталов. Держала ее Матушка Гачо, худая, как щепка, сварливая особа. Небольшое двухэтажное здание с открытой галереей и задним двориком было построено в исключительно плохом месте, на издревна существующем перекрестке, а любой оммёджи знает — строить дом в таком месте значит привечать дурных гостей. Однако ни перекресток, ни скверный характер хозяйки никак не сказывались на популярности едальни, словом, было тут замешано какое-то волшебство.

Оно же, должно быть, привлекало в закусочную Матушки Гачо необычных людей со всех концов страны. Прибывая в Столицу, останавливались они именно здесь.

Тот, кого Аджисай искала, одновременно надеясь найти и упустить, был, несомненно, человек особенный. О силе его и умениях уважительно отзывался сам Мо Белый Феникс, — а от старика нелегко было дождаться простой похвалы, — да и Аджисай случилось однажды видеть бродячего заклинателя в деле.

Но характер у него был еще хуже, чем у хозяйки едальни. К тому же, было в нем что-то жуткое. Подобное чувство возникает темной ночью в пустынном месте: словно за тобой из мрака наблюдает нечто голодное и недоброе. Словом, будь воля Аджисай, она избегала бы этого человека. Но был он йома-тай, и других она не знала.

В едальне было полно народа. В одном углу полдюжины пьянчуг устроили состязание: кто быстрее опустошит бочонок сакэ.