Город во влажной низине

- Если ты соврешь, или если, отказавшись играть, скажешь затем хоть слово, тебя убьет чудовище!

- Это очень опасно, - покачала головой Аджисай, возвращая цветы обратно в вазу. - Не следует забавляться такими вещами, Аюми-сан!

- Это просто игра, - отмахнулась Аями. - Конечно же никто не ждет духов и призраков.

Еще совсем недавно Столица гудела из-за истории с появлением духа на пагоде, но вот — все уже позабылось. Словно и не было призрака, генерала Фукуро и его жены. Жители Столицы всегда отличались легкомыслием.

Поэтому число заклинателей росло тут год от года, только они и могли сдерживать духов и призраков, которых манили к себе глупые люди.

А еще — болото. «Честолюбимый глупец строит город во влажной низине», - ворчал Мо Белый Феникс.

Болото, глупые игры — все сходилось один к одному, и число призраков и демонов только росло. Аджисай видела отчеты на столе отца. Саму ее, конечно, к делу не привлекали. Все, что она могла, это гадать девушкам, мечтающим о браке, и готовить собственное приданое.

- Обещай мне, что не будешь играть в эту глупую игру, - попросила Аджисай, коснувшись руки подруги. - Прошу тебя. Поехали лучше, покатаемся на лодке в конце недели.

Аями улыбнулась и кивнула, но Аджисай ей ничуть не поверила. Не было такой опасной авантюры, которая испугала и оттолкнула бы ее. Подруга вскоре ушла, а в сердце Аджисай поселилась тревога.

* * *

Об игре в Четыре Фонаря (так ее теперь называли) Аджисай после этого слышала еще несколько раз.

Слухи множились, и Столица распухала от них, как река от вешних вод. Рассказывали, что каждый четвертый фонарь непременно оказывается красным, как ты их не расставляй. Он оказывается красным, даже если выбирать с завязанными глазами. Даже если тянуть руку к самому обыкновенному, возьмешь ты в конце концов именно красный! Рассказывали, что людей в комнате всегда на одного больше, чем приглашали, и этот лишний молчит до поры. Рассказывали, что смолчать почти невозможно, слова так и норовят соскочить с языка, и врать хочется отчаянно, сочиняя самые дикие истории.

Всякое рассказывали.

Аджисай тревожили эти истории, она пыталась поговорить с отцом и братом, но ее привычно отослали в свои покои, заняться чем-то более полезным. А потом в одной из усадеб завелся цукумогами-зонтик2, и появилась наконец возможность заняться делом. Поимка зонта-пакостника потребовала немало сил, и не меньше недели у Аджисай не было ни минуты свободного времени.