Грань

Ладно, Игнась, будет тебе. Нынче барыш-день, все на севе. Люд вкладывает зёрна в землю, чтобы собрать урожай, а ты, напротив, должен вынуть из земли готовое. Фартук, должно быть, с намёком положен – придётся булыги ворочать. Может, Миклуха даёт мне понять, что ларцы валунами заложены?»

В коридорах ни души! Осталось пожать плечами. Поудобнее взвалив на себя инструменты, он отправился из Палаца в парк, вполголоса читая, что положено перед посевом –

Народи, Господи, с полгарнца три гарнца

Народи, Господи, на птиц небесных,

На нищую братию, на всех православных,

На голодающих, на воров и на немощных,

На всякого приходящего и заходящего!

Если в соловьиный день мальцом ходил на сев, этот стих до седины помнить будешь.

* * *

К северо-востоку от дворца без малого на три версты рос парк в английским стиле, разделённый на урочища озерами, ручьями и болотцами. Всегда густой, а ныне ещё и неухоженный, он подступал к самым стенам Палаца. В нём прятались здания служб, а дальше, по аллеям из вековых лип, дубов и лиственниц, дорожки расходились врозь – к сумрачным зарослям елей и сосен, к каменным мостикам и павильонам, спрятанным за деревьями.

Взяв влево, Игнат пошёл краем парка, где открытый склон позволял любоваться живописными окрестностями – тут видна была вся панорама долины, копаные пруды на реке Рудке, а выше по ней – запруда с водяной мельницей.

Майский ветер шевелил ярко-зелёную листву берёз. Порхали бабочки. Шмели и бронзовки вились над цветущей сиренью – благодать! С воодушевлением осматривая округу, Игнат едва не свалился в яму, по краям заросшую травой.

«А, здесь уже копались до меня! Значит, идём дальше».

География панского парка была ему знакома – тут детворе разрешалось резвиться, исключая мавзолей с каменными идолами и беседки, где отдыхал пан. Осталось угадать, в каком приметном месте зарыты ларцы с грамотами.

«Как бы это сделал я? Избрал бы неподвижный и надёжный ориентир, отсчитал от него сколько-то мер в определённую сторону, то есть к другому ориентиру, и там вырыл бы яму достаточной глубины.

Скажем, в два аршина. Осталось обойти все местные сооружения… или припомнить, от какого павильона какой монумент виден. Исключить места, где рылись раньше. Ларцы там, куда никто заступ не втыкал, а поросль там должна быть молодой. И так продолжать весь Петров пост. Или далее. Чего ради я взял инструменты?.. Для начала мне нужны лишь глазомер и карандаш с бумагой».