Грань

Но возвращаться в Палац не хотелось, а кирка с заступом и сабля не тяготили. Сабля – это святое. Батюшка, когда возил в поле навоз на телеге, втыкал её рядом с вилами, чтобы все видели – шляхтич едет.

На западе топорщились молодым камышом спущенные пруды, на юге сине и весело поблёскивала Змийка. В полуверсте от Игната к берегу причалила лодка, и кто-то двинулся в его сторону вдоль склона.

«Ещё соискатель сокровищ? Если ты, дружище, прибыл за тем же, что и я, нам придётся делить парк, как Польшу. Догоняй, я иду «до лясу».

По Гадзючему ручью он скоро пришёл к мавзолею и убедился – дверь давно выломана, внутри пусто, грязно и разорено, только стерегущие вход осирические статуи со скрещенными на груди жезлами и плетями остались, как были. Зато теперь Игнат мог прочесть буквы иудейского письма над входом. Причём двояко – «свидетель» или «вечность». На постаментах статуй виделись знакомые трыкуты.

Поразительно, что здесь не изрыли всё до белого песка. Видимо, удовольствовались тем, что выломали в мавзолее пол и в сердцах отбили нос правому Осирису.

«Приступим!»

Он успел разметить линии поисков во все стороны от мавзолея и приготовился копать, когда из кустов к нему вышел немного запыхавшийся жандарм. Воинственно усатый, в фуражке, бирюзовом сюртуке с погонами, серых брюках навыпуск, с драгунской саблей, украшенной анненским крестом-«клюквой». На Игната, уже обряженного в рукавицы и фартук, он взирал строго и важно.

Жандарм в России – неотвратимое явление природы, вроде градобития.

– Штабс-ротмистр Казарчук. С кем имею честь?.. – Обер-офицер небрежно приложил два пальца к козырьку. – Потрудитесь предъявить ваши бумаги.

Российский обыватель, покидая место жительства, даже просто выходя из дома, всегда должен что-то иметь для оправдания. На этот счёт Игнату было чем порадовать жандарма – вот билет на трёхмесячный срок, а вот, обратите особое внимание, письмо сенатора.

Последнее подействовало более чем благотворно – замкнутое выражение лица штабс-ротмистра сменилось мягким, почти добродушным.

Приезжий оказался чист перед законом, как с ним поступить?

«Очередной претендент на дворянское звание. Много их здесь было, свободных от налогов и телесных наказаний. Слишком много. Но иным всё же везёт подтвердить благородство. Стоит беседовать с ним деликатнее».