Погоня за Фортуной

Джеймс повертел в руках очередной кинжал и разочарованно отложил в сторону. Пока что позволить себе такой он не мог.В лавку зашли еще какие-то люди, и хозяин внезапно согнулся, кинулся к ним, что-то радостно восклицая. Джеймс обернулся: несколько мужчин в темной одежде - опричники (еще одно ужасное московитское слово). Двое слушали хозяина, третий смотрел на Джеймса и ухмылялся. Красив он был той наглой красотой, от которой владельцу обычно одни неприятности, но, похоже, не в этой стране. Незнакомец, не отводя взгляда, что-то сказал, и двое других залились хохотом, тоже поглядывая на Джеймса.

Кровь в голову ему не бросилась. Нет, Джеймс очень отчетливо понимал, что делает. Он развернулся и направился к выходу, незнакомец стоял прямо на дороге, но Джеймс его словно не заметил. Он еще успел увидеть обреченный взгляд Теодора, заскочившего в лавку, но не остановился. Толчок вышел довольно сильный, Джеймс прошел еще пару шагов и обернулся.- Теодор, - потребовал он, - переведи - я прошу прощения. Не заметил.- Ох, - сказал тот, - да ведь он же…Дальнейшее потонуло в криках и разбирательствах. Четверть часа спустя они все вышли из лавки и дальше пошли тоже вместе, со стороны должно быть представляя довольно забавное зрелище.Пустырь за торговыми рядами был небольшим, но зал для занятий фехтованием в Гори-холле был еще меньше.- Vasya, sablyu emu dai, - потребовал наглый красавец. –- Svoei, chto li, net, - заканючил один из его спутников, но снял перевязь и передал Джеймсу. Тот коротко кивнул. - Fyodor Alekseevitch, ne do smerti by, - попросил о чем-то третий опричник.- Da ya tak, popugayu slegka, - красавец улыбнулся, крутанул саблю и шагнул вперед.Поединок не был похож ни на занятия с синьором Фаррези в отчем доме, ни на те несколько торопливых дуэлей в темный час, которые успели случиться в жизни Джеймса. Если честно, он никого еще не убивал.Красавец напротив весело ухмылялся, слышались одобрительные крики его товарищей. Саблей он владел хорошо. Джеймс понял, что рискованные трюки здесь не пройдут, и стоял, отбивая удары, точно на рисунке в учебнике по фехтованию, сам себе напоминая тот деревянный болван, на котором его сначала заставляли отрабатывать удары. Мгновения то весело проскакивали между ударами, то тянулись вокруг них, замедляя движения. Кажется, у него была задета рука. Кажется, противник тоже поморщился в какой-то момент. Джеймс уже не чувствовал к нему неприязни.Красавец остановился первым.- Hvatit.