Погоня за Фортуной

На нашей благословенной родине их столько произошло, что я не решусь судить, был ли хоть один из них устроен ради справедливого замысла. Мой отец попытался оседлать колесо Фортуны - не удержался и утащил нас всех за собой. Политика - грязное дело, Джеймс.Они повернули обратно к монастырю.Отравленные нити, говорила Джулиана. Расшитые покровы, к которым принято прикладываться губами на праздники. Нет, конечно у Уолсингема здесь нет четких целей, но Московия - очень богатая земля, и неспокойствие на ней ему выгодно.

Если бы он мог превратить ее в колонию под управлением Московской торговой компании - так бы и поступил.- Я не знаю, чего он хочет, Джеймс. Вероятно, первыми падут все-таки Старицкие. Царь Иоанн пока благосклонно относится к Англии, даже просил прислать оттуда врачей, так что он - не жертва. Пока что.- Уезжайте, - попросил Джеймс, понимая, что это безнадежно.- Я - такой же солдат, как и вы, хотя цели у нас разные. Скоро, остался последний покров. Возможно, я и правда попрошу перевод в Голландию. Как вам, приедете меня навестить?- Вы же знаете, что да.- Думаю, вам пора возвращаться в Слободу. И подумайте над моими словами, Джеймс: политические игры не для вас, вы их принимаете слишком близко к сердцу.Когда они уезжали, Джеймс оглянулся, но увидел только Марту, которая махала им на прощание от ворот.

Глава 12

В Александровой Слободе ничего особо не изменилось. Все те же пиры и службы. Басманова Джеймс не встречал, он куда-то уезжал по поручению царя.

Джеймс не знал, хотел ли он новой встречи, после лесного поединка. Фавориты правителей себе не принадлежат. Взять хоть милорда Лестера, об их размолвках с королевой в курсе все, до последней кухарки. Да и о чем говорить с Басмановым после колдовского леса - о ценах на ворвань?Раны - телесные и душевные - затягивались, и Джеймс снова уселся за счета.- Колдовство бессильно против арифметики! - пожаловался он Теодору. - Силы ко мне вернулись - и что? Я не могу найти ошибку по мановению руки, только сидеть и сверять все эти столбцы. - Значит, планида такая. - бессердечно отозвался Теодор.Джеймс раздраженно бросил перо.- Ты обещал продолжить свою историю, - напомнил он. - Смотри, Теодор, я уже почти здоров, не убежишь.Теодор пробормотал что-то нелестное по-русски, но продолжил все-таки на латыни:- Аристид свитки с собой привез. Старые совсем. Понятно, что колдовские, только здесь таких знаний еще не было.