Камень нищего

Рассчитываю на вашу помощь.

– С какой стати?!

– Надеюсь, теперь излишне доказывать, мои предостережения сбываются. И правда, что может в нашем просвещённом обществе, противопоставляющем себя дикарям-язычникам, оказаться для девушки страшнее обвинений в колдовстве? Напомню, я непричастен к их возникновению!..

– Можете твердить это сколь угодно, – устал Фридрих от его аргументов, – оснований вам верить больше не станет. Ответьте лучше – а для вас?

– Не понял!

– Что для вас хуже всего?

– А, вы об этом… Извольте! Чувствовать беспомощность, полную неспособность влиять на ситуацию.

Такое со мной прежде случалось лишь единожды...

– Тогда? А позже? Например, сейчас.

– Не путайте вынужденное бездействие с волей проявить терпение. Пусть суетятся те, кто присвоил себе чужое. Выдержка поможет мне вернуть своё. И вы, уверен, тоже.

– Сами не справитесь? – сощурился учитель.

– Не желаю рисковать, ибо не понаслышке знаю, чем оборачивается подобный риск.

Вы же, осмелюсь предположить, готовы на большее. Помнится, сказали, что боитесь не за себя. Этот-то страх и подвигнет вас в правильном направлении. Разумеется, сам я не собираюсь сидеть сложа руки. И если камень вернётся ко мне без вашей помощи, не сочту нужным обременять себя чужими заботами. Могу обещать лишь посильное содействие в обмен на результат. Заодно, весьма вероятно, совершите благородный поступок, убережёте от крупных неприятностей того, у кого артефакт может сейчас находиться. Впрочем, сомневаюсь, что нынешний его обладатель сильно того заслуживает. Как и ваша девчонка… И не надейтесь, что для неё всё образуется как-нибудь по-иному!

«Поглядим! – про себя парировал Фридрих. – Госпожа, чем больше на неё давить, тем непреклонней становится. Старайся-старайся понапрасну! Главное выиграть время, чтобы собрать и представить в самом убедительном виде доказательства Маиной невиновности. И ты о них узнаешь последним!» – а вслух добавил:

– Вы не учли одну деталь.

– Какую?

– Допустим, я найду камень, во что, заранее предупреждаю, мало верится. И соглашусь передать вам вместе со всем его приписываемым могуществом… Боюсь, от чистого сердца – ведь именно так надо и никак иначе – не получится!

– А вы мне нравитесь больше и больше, – довольно приподнялись уголки тонких губ. – Пена фальши, за которой старательно прячетесь, не помешала увидеть суть.