У бездны на краю

Сдюжишь?

Вскоре, один за другим, шестеро бродяг подтянулись к старому дубу, где расположился их предводитель, картинно опершись на свой Фламберж, поблескивавший на солнце гранатовыми глазами драконов. Обрисовав ситуацию и вкратце описав свою задумку, Арно де Серволь внимательно оглядел собравшихся и, подняв руку, объявил:

- Долго рассусоливать не будем. Кто одобряет мое предприятие, пусть подойдет ко мне. Кто не одобряет – пусть остается на месте. Dixi.

Первым шаг вперед сделал Аррамон.

За ним, вздохнув, выступил Бидо. Остальные четверо остались стоять.

- Трое «за», четверо «против» - так? – с досадой заключил Арно.

- Не так, - раздался шероховатый голос шваба. – Я в вашей societas человек сторонний. Я не вотирую.

- Хорошо, - кивнул Арно. – Тогда трое против троих.

- А тартарина мы почему считаем? – возмущенно выкрикнул Аррамон. - Он же тоже вроде как сторонний? Давайте еще кошку его считать!

Арно долго сверлил взглядом Рослава, втайне надеясь, что тот переменит свое решение.

Но тот даже глазом не повел в ответ.

- Не решай за него, Аррамон, - бросил, наконец, Арно. - Пока что он с нами. А ты, Мартен?

- Извини, Арно, но мне кажется, что ты совершаешь ошибку.

- Трус! – со злостью выкрикнул Аррамон. Мартен лишь молча пожал плечами, всем своим видом показывая, что его не переубедить.

- А ты, Керре? Ты тоже думаешь, что я совершаю ошибку?

Леонец, поеживаясь и отводя взгляд, вполголоса буркнул:

- Не знаю я.

– Затем, помолчав, добавил: - А что Гастон? Он что говорит?

- В отличие от тебя, он более смел в поступках, - презрительно скривив губы, ответил Арно.

- Это он-то смел?! – вдруг взорвался Керре. – А я, по-твоему, трус? Ты хоть один раз видел, чтобы я струсил?

Багровея от ярости, леонец быстрым шагом подошел к Арно и с вызовом взглянул ему в глаза.

«И все же хорошо, что наш храбрый идальго не дружит с цифрами.

Иначе бы наверняка спросил себя, почему я не посчитал Гастона ни в «за», ни в «против».

- Итого, пятеро «за», двое «против», один самоотвелся. Общее решение принято с убедительным перевесом, - вкладывая меч в ножны, провозгласил Арно.

Вернувшись к огнищу, он с первого же взгляда понял, что все упорные попытки Гастона развлечь гостью галантной беседой не нашли не малейшего отклика в ее душе.