У бездны на краю

- Моя дорогая дама Джоанна, увы и ах, но меня не посвящают в столь деликатные перипетии династических браков.

- Но почему сир Уффорд не поехал с нами? И мой духовник, отец Джеральд? Они остались ждать кастильцев в Бордо? И что с моим приданным?

- Ваше Высочество, об это вам лучше спросить самого сира Уффорда. Мне кажется, он единственный, кто знает ответы на ваши вопросы.

- Ну хорошо. Надеюсь, эта противная болезнь не задержит нас здесь надолго. Никогда не думала, что буду так скучать по маленьким Мэри и Маргарет.

Они так смешно пищат в своих кроватках! И даже по несносному Джону. Граций, а у тебя остались в Кастилии братья или сестры? Ты почти не рассказывал мне о своей семье.

После затянувшегося молчания юношеский голос ответил:

- Да, есть младший брат, только я давно его не видел. Была еще старшая сестра, но она умерла.

- Умерла? От болезни?

- Не совсем... Ее убили.

- Убили?! Какой ужас, Граций! Кто, сарацины?

- Нет. Моя милая Нисса, право, напрасно я разворошил эту старую и поросшую быльем историю.

Поверьте, она не стоит ваших нервных трат...

- И ты туда же, Граций! – в голосе принцессы зазвенели горечь и обида. - Даже ты не желаешь говорить со мной откровенно! С кем же мне разговаривать здесь тогда, в этой дыре? С лучниками, не умеющими связать двух слов? Ну и ладно! Буду тогда беседовать с тем белобрысым мужланом, что вечно воняет луковым потом...

Разгневанное лицо юной принцессы показалось в срединной створке окна и тут же наткнулось на стоявшего внизу Джона.

Всего на долю секунды взгляды их встретились – однако промелькнувшее по лицу принцессы неловкое смущение выдало ее с головой. Она даже чуть приоткрыла рот, как будто намереваясь что-то сказать – но тут же плотно сомкнула его, сердито сверкнула глазами и скрылась в глубине замковых палат.

***

«А все-таки нужно было вломить вчера этому обнаглевшему могильщику! Наверняка ведь подумал, подлец, что я струсил. Не он, так его беспалый дружок».

Ивар ловко перепрыгнул через огромную лужу, оставшуюся после вчерашней грозы.

«С другой стороны, велика ли доблесть – одолеть двух пьяных одяжек? Тем более, что беспалый явно не горел желанием лезть в драку. Да и дьявол их прибери! Что мне, думать больше не о чем?»

Влажный утренний воздух щекотал ноздри свежестью нового дня. До аббатства оставалось чуть более мили. Несмотря на ранний час, на улицах Бордо – по крайней мере, здесь, в квартале Святого Элигия – ощущалось непривычное оживление.