Зима огненная

Среди тех, с кем Ида делила постель, бывали и такие люди – им нужна была не столько любовница, сколько собеседник и друг, и она была им собеседником и другом. Самой Иде не довелось испытать муки долгого одиночества – у нее были родные и были друзья. Но она знала, как мучительно, должно быть, не иметь ни единой души, с которой можно поговорить.

Гость, поймавший ее взгляд, будто понял, что она обо всем догадалась. Не желая, чтобы Ида видела его унижение, он отвернулся и побрел прочь. Но она уже подхватилась.

– Я сейчас, – сказала Ида намдалени, поднимаясь из-за стола.

Гость хромал, и она легко догнала его. Когда он обернулся, на лице его были смущение, раздражение и тоска. Но Ида, сияющая и улыбающаяся, в своем нарядном платье, была само воплощение праздника, и взгляд его чуть потеплел.

– Доброго вечера, мой господин, да одарит вас Фос своей милостью. Мои друзья были бы рады сыграть с вами, если бы в этот вечер вы присоединились к нам.

Странное выражение – не то благодарности, не то недоверия – проступило на его лице.

– Ваши... друзья? – наконец осторожно спросил гость.

– Мои друзья из Намдалена, господин, – учтиво отвечала Ида.

Намдалени в большинстве своем были весьма открыты и легко принимали чужаков в свое общество. Ида надеялась, что и ее новые знакомые поведут себя так же. Беда была в том, что видессиане брезговали обществом варваров, и этот неведомый солдат мог счесть приглашение Иды оскорблением. Он невесело усмехнулся:

– Неужели я и вправду так жалок, госпожа?

Ида привыкла говорить со всякими людьми и знала, когда на прямоту не стоит отвечать прямотой.

– Мой господин, прошу прощения, если обидела вас. Я всего лишь хотела предложить вам к нам присоединиться.

Понял ли он, что она пыталась тем самым спасти остатки его гордости, а может, решил вовсе о той забыть, Ида так и не узнала. Он представился – Врана Аргир – и последовал за Идой к столу намдалени. Увидев гостя, намдалени вопросительно уставились на Иду, и она обратилась к ним на островном диалекте:

– Это мой добрый друг, пожалуйста, примите его в вашу игру.

Только лучше бы вам сказать ему, что играете на деньги, иначе, боюсь, положение станет... – Она поискала в островном диалекте подходящее слово, не нашла и оставила высказывание оборванным. – А я потом уйду с тем, кто выиграет больше прочих.

Она полагала, намдалени не обрадуются тому, что какая-то шлюха диктует им правила игры, но, кажется, их больше удивило, что она вообще знает их язык.