Марфа Ялгина

Укрытая одеялом, она была в бреду и беспамятстве.

– Уже послали за врачом в Черноруд. Там узнают, так сообщат в Иркутск, – Никодим цедил слова сквозь зубы, переводя недобрый взгляд с шамана на знахарку, – Сегодня уже будет помощь.

– Она не дождётся её, – шаман говорил грустно и устало, – Она считает, что уже достаточно побыла в мире людей, её душа стремится на Небо. Пригласи священника из Черноруда, пусть поговорит с ней.

– К чёрту тебя! – вдруг воскликнул Никодим, да так сильно, что показалось, что затряслась изба, – Марфа, ты давала ей лекарство, она протянет до помощи?

– Она стара, дядька Никодим, – знахарка сглотнула, ей было явно не по себе от всего этого разговора у постели больной, – Моё лекарство не смогло бы её вылечить, как и остальных.

– За помощью послали вчера, уже сегодня должны приехать, – Никодим ещё больше помрачнел, подошёл к Акулине, взял её раскалённую руку, а затем повернулся к остальным, – Уходите, не место вам в этой избе.

Знахарка с шаманом в молчании вышли избы во двор на очень яркое осеннее солнце.

***

Ваня, Олег и Николай были без изменений, так что быстро посетив их, дав советы, как за ними ухаживать, чтобы облегчить их страдания до приезда фельдшера из Черноруда, Марфа вышла к шаману, который ожидал на улице. Вместе они и пошли к дому знахарки.

– Вчера ко мне приходил уже один от Бурхана вашего, – произнесла она, внимательно глядя на собеседника.

– Это был не шаман, – бурят усмехнулся, взглянув на солнце, – Это был ийрат, посланник нашего владыки. Он приходил проверить тебя, шаманка.

– Он предлагал служить Бурхану.

– Много кто служит Бурхану лично, – пожал плечами шаман, – Ещё больше служит воли его: слабого не тронь, павшего не обижай, семью береги пуще себя.

– Ох, коли бы не эта зараза, так была бы уже я в Черноруде, искала бы тех, кто видел моего папеньку, – вздохнула знахарка, – Уехал он два дня как отсюда, да приходили и говорили, что лошадь его павшую нашли.

– Коли кончится эта история хорошо, попрошу Бурхана, поищет он. Если на Ольхоне, так найдём отца твоего.

– А ежели нет? Ежели он перебрался на другой берег?

– Разные силы есть у Бурхана, многое он может, – уклончиво ответил шаман, не оборачиваясь на Марфу.