Марфа Ялгина

– Могилы близко сильно далеко от стены, ты успеешь всё сделать, пока дозоры проходят? – засомневался Намха

– У меня нет выбора, надо успеть, – шаман поднялся на ноги, – Если камлать по первой темноте, можно успеть успокоить юёров, пока они не выбрались. И так не заметят нас.

Невидимый пёс заворчал куда–то в сторону, противоположную той, откуда пришёл Намха. Охранник мигом вскочил с ружьём наперевес и стал напряжённо всматриваться и вслушиваться.

– Он что–то почуял, Марфа, – встревоженно проговорил Балта, – Это что–то не здесь.

– Ты всё–таки хочешь идти туда сейчас? – знахарка поднялась на ноги с большой неохотой, её тело вдруг налилось усталостью за все эти прошедшие дни, – Там десять бандитов с ружьями. И да, я накричала на тебя из–за бездействия, но сейчас это же самоубийство!

– Галчи уже ушёл в Верхний мир, где рассказывает всем о великом Бурхане, – покачал головой шаман, – Видно, так было начертано на его судьбе. Надеюсь, мне начертано что–то другое, но если меня убьют там у стены, значит я скоро встречусь с ним.

Если же мы туда не пойдём сейчас, тогда ни я, ни Намха, ни даже Жаргал не увидим Верхний мир. Быть может, даже ты туда не сможешь попасть, в свой русский Верхний мир. Всё накроет тьмой и зальёт кровью Эрлик–хан.

– Идём тогда, – Марфа боялась, она боялась того, что сейчас, в шаге от помощи отцу, может совершенно глупо помереть, но всё же согласилась, – А потом, после того, как мы успокоим этих тварей из могил, как мы помешаем ритуалу, который внутри стены?

– Надо будет сделать так, чтобы шаман перестал камлать, – совершенно серьёзно ответил Балта.

– Звучит просто, – пробормотала Марфа и тоже поднялась на ноги.

– Ещё ты сможешь призвать Сарму, если повторишь те слова, которые использовала тогда в Ялге, – усмехнулся шаман и знаком показал выходить.

– Ну, как скажешь, – знахарка хищно ухмыльнулась и подозвала пса.

Трое людей тихо выбрались из ельника и начали пригнувшись двигаться в сторону стены. Из–за зубьев гор на той стороне Малого моря на них смотрело закатное солнце.

***

– Что–то мне тревожно, отче, – фельдшер курил папиросу, прислонившись к столбу ворот двора деревенского старосты.

– Да мне тоже, Илья, – священник смотрел в сторону догорающего за горами заката, – Неспокойно тут.

– Много бандитов, если и правда переправа закрыта, то если что–то случится там на мысу, то нам с тобой придётся вдвоём отбиваться.

– Думается мне, захотели бы бандиты прийти сюда, то пришли бы, что–то им всё же на том мысу надобно.