Марфа Ялгина

– Какое–то нехорошее место, – Илья сплюнул под ноги, – Чего буряты считают его священным?

– Рассказывают, что когда–то здесь поселились боги их Верхнего мира, так как посчитали, что это лучшее место в мире людей. И привнесли сюда часть их благословения, – священник усмехнулся.

– Чуму они тоже сюда привнесли? – фельдшер повернул голову в сторону дальних гор, куда смотрел его собеседник.

Налетел ветер со стороны заката, подняв тучи уличной пыли. Казакам показалось, что он издали принёс затихающий вой. По всей деревне залаяли собаки.

– Смотри–ка, темнеет там, – Ефим показал рукой в сторону дороги на Ханхоя, – Солнце скрылось.

– Да нет, не скрылось, – возразил Илья, всматриваясь в даль, – Там туча какая–то. Над ней смотри, за горами–то есть свет ещё.

Ветер крепчал, собаки начали бесноваться в своих дворах. Даже два огромных пса старосты, обычно молчавшие, сейчас начали глухо лаять в своих клетях.

– Закрывать ворота надо и в дом идти, – фельдшер сплюнул папиросу и взялся за створку ворот, которые до сих пор стояли раскрытыми.

– Там туман, – священник видел, как ветер гнал высокий, выше человеческого роста сизый туман. Ефим отвернулся и подошёл к другой створке ворот, – Давай помогу.

Туман был плотный, сквозь него ничего не было видно. Ветер усиливался, сквозь деревенский собачий перелай казаки услышали далёкий заунывный вой. Многоголосый вой, сжимающий сердце страхом.

Закрыв ворота, они увидели, что туман уже почти добрался до околицы деревни, и его стена была выше коньков одноэтажных изб.

Выше тумана словно клубился какой–то чёрный дым. Ветер принёс запах гари, вой стал громче, а собаки по всей деревне, даже огромные псы Никодима, начали скулить. Заскрипели дома, захлопали ставни. Ефим перекрестился и открыл калитку, чтобы зайти внутрь двора, где затворял засов ворот Илья.

– Давай быстрее, – торопил его фельдшер, – Худая буря это.

На крыльце дома показалась испуганная жена старосты, смотревшая на заползающий в деревню туман.

– Давайте в дом, – взволнованно позвала она казаков.

– Видела когда–то такое? – спросил Илья, повернувшись к женщине, но та испуганно лишь отрицательно помотала головой.

– Идём, – Ефим закрыл калитку на засов и увлёк за собой фельдшера.

– Ты чего? – удивился тот.

– Прав ты, худая буря пришла, – они быстро зашли внутрь дома и закрыли за собой дверь.

Первые дворы с околицы от Ханхоя уже были скрыты в тумане. Никто не выходил из домов, наглухо затворив ворота и заперевшись в домах.