Марфа Ялгина

– Держись, девка! – мощные жилистые руки подняли Мару на ноги и поставили на твёрдую землю, – Цела?

– Цела, – испуганно ответила та, – Но его вот зацепило, – она кивнула в сторону шамана, которого поднимал Жаргал.

– На коней! Уходим! – с лошади командовал мужчина, чей голос Марфа уже слышала, но не могла вспомнить, кто он такой.

– Там же мальчик! – резко возразил ему подъехавший всадник.

– Нет, ему уже не помочь, – командир был неумолим, – Отходим!

Со стены раздались выстрелы, подъехавший конный обернулся и выстрелил буквально не целясь.

– Мы должны помешать ритуалу… – почти теряя сознание от боли произнёс шаман, которого Жаргал пытался поднять на свою лошадь.

– Девка, ты ж знахарство знаешь? – спросили с лошади, – Перевяжи этого, а то до утра не доживёт, – и мощные руки подняли её и посадили перед собой на лошадь.

Со стены уже ближе к ним раздался выстрел, у ног лошади взметнулся фонтанчик земли, тот мужчина, который вытащил Марфу из ямы, схватил ружьё со спины и выстрелил в ответ. Конь знахарки развернулся, и тут она заметила, как через стену перемахнуло две фигуры.

– Андрей, лево! – закричал тот, кто сидел в седле, позади девушки, и каким–то образом выхватил своё ружьё. Марфа от испуга прижалась к шее лошади, но успела увидеть, как конный, стоявший перед ними, вскидывает своё ружьё. Грохнуло два выстрела, когда она подняла голову – силуэтов по этой стороне стены уже не было.

– Отъедем в ельник! – воскликнул Жаргал, придерживающий стонущего Балту, сидевшего перед ним на лошади.

– Игорь, отвлеките с Андреем этих! Жаргал, веди в свой ельник, – конный, сидевший позади Марфы, обернулся на садившегося на коня мужчину, потом посмотрел на бурята, а затем пустил коня в галоп

Кони помчались от стены, с которой прозвучало ещё четыре выстрела, как показалось Марфе. А ещё она услышала, как в отдалении откуда–то со стороны мыса зазвучал шаманский бубен.

Над Ольхоном раскинулась чёрная звёздная ночь.

***

Жаргал запалил небольшой костерок возле их лошадей так, чтобы со стороны стены отсветов не было видно.

Возле него уже почти в бреду лежал Балта, пуля вошла в его бедро и похоже, что повредила кость. Он стонал и бормотал, что нужно возвращаться и завершить дело, что ритуал уже начался. Марфа пыталась в тусклом костровом свете промыть и перевязать его ранение, постоянно думая, куда сбежал в этой суматохе пёс, уж не пристрелили же его?

Казаки Андрей и Игорь залегли чуть поодаль в дозоре, напряжённо вслушиваясь в ночные звуки.