Мертвец и эриль

Подняв голову от шитья, она вдруг увидела незнакомца - тот стоял в воротах, прислонившись плечом к столбу, и почему-то казалось, что стоит так он уже давно, никем не замеченный. Работник с вязанкой хвороста прошёл совсем близко, не обратив на него никакого внимания, как и пара служанок, тащивших вёдра из кладовой. Смюла, дремавшая у ног Торгерд, приоткрыла было один глаз и протяжно зевнула, но тут же вновь положила голову на сложенные лапы.

– Доброго дня тебе, девушка, – склонил голову незнакомец, когда она, отложив шитьё, подошла к воротам.

– И тебе доброго, путник, – осторожно ответила Торгерд. В душе её зрело чувство смутного беспокойства, внешних причин которому вроде бы не находилось, но от этого было ещё более тревожно. В голосе незнакомца не было угрозы, и на вид он не казался опасным. Одежда и меч на поясе выдавали в нём человека небедного, а черты лица были приятными, хоть и слегка смазанными, нечёткими: отведи глаза, и не вспомнишь. Но почему он не заходит во двор? Из вежливости или… Ведь говорят, что тролли не могут войти, пока кто-нибудь из хозяев не пригласит их…

– Я слышал, что в вашем доме случилось несчастье.

Сначала в постели хозяйской дочери, – незнакомец бросил острый быстрый взгляд на Торгерд, – нашли палочку со злыми рунами. А потом мертвец повадился стучать в её ворота каждый вечер. Люди говорят...

– Даже если и говорят, что тебе до наших бед? – прервала его Торгерд. – Шёл бы своей дорогой, чужак, пока вечер не настал.

Или хочешь сам с мертвецом повидаться?

Госпожа Ингунн непременно бы отчитала дочь за такой грубый ответ, но желания быть приветливой с тем, кто разбередил её раны, у Торгерд не было. «Стучать в её ворота», надо же так сказать! Будто речь об отвергнутом женихе!

– Погоди! Я не хотел тебя обидеть, – незнакомец сделал движение, будто хотел удержать её. – Дозволишь войти?

– Вначале скажи своё имя.

– Некоторые люди называют меня Асмундом-эрилем, – ответил тот, улыбаясь легко и немного неловко, как будто извинялся за этих людей: называют, и что с ними сделаешь? Но за его улыбкой Торгерд почудилась какая-то недомолвка, тайна, разгадать которую ей не хватало ни опыта, ни умения.

Впрочем, это неудивительно. Не простой девушке тягаться мудростью с эрилем, знатоком рун.

Ради такого гостя госпожа Ингунн распорядилась достать из кладовой свежие сыры и бочонок крепкого хмельного мёда, а также зарубить пару кур.