Вопреки богам

***

На совет встревоженные царедворцы собирались с опасением. Мужа сиятельной Иитари-а-Н’кар-Ишаат одни принимали настороженно, а иные – с явным неодобрением. Тем не менее, он сейчас стоял выше всех, и под его рукой было войско.

Шамунт-аба, как обычно, занял место по правую руку владыки, но сегодня трон пустовал. На ступеньку ниже, почти наравне со старым советником, недвижимо стоял самирский царевич, облаченный в богатый парадный доспех и кроваво-красный шерстяной плащ. Золотой шлем он держал в руках. Волосы и борода были убраны драгоценными кольцами и заплетены по карешским обычаям.

Длинное цветастое шубату укрывало ноги полководца, придавая ему совсем уж царственный вид.

Сбитые с толку таким необычным зрелищем советники толпились у подножия лестницы, не зная, занимать ли им свои места, и возбужденно шептались.

Наконец в зале мелькнули жреческие светлые одежды, и звон щитов возвестил о том, что все собрались. Асмаррах поднял руку, призывая к вниманию.

– Я собрал вас здесь по своей воле и хочу, чтобы меня услышали! Я пришел сюда не просить, не умолять и не испрашивать позволения, запомните это! Я, волею Богов, супруг владычицы Иитари-а-Н’кар-Ишаат, но я и наследник Самира.

Мне повинуются тысячи сынов моей страны. По просьбе Кареша я охраняю его границы и доверил вам следить за благополучием вашей госпожи, да будет с ней милость Всеблагой. Но вы не справились, оставили одну, что едва не привело к ее гибели! Отныне мои люди и храм будут следить за владычицей, пока она не разрешится от своего бремени. Вы же не будете утруждать ее ничем, что может расстроить ее. Все дела будете обсуждать сами, прося согласия у меня и у жрицы Нинтах. Она неотлучно будет при госпоже. Если же пойдете против моего слова – я не буду лить кровь своих солдат, защищая неблагодарных!

Тишина, повисшая в зале, звенела. Блеклые столбы света, проникавшие в световые окна, терялись, смешиваясь с дрожащим пламенем факелов в руках стражи. Серое море сановников боялось вздохнуть.

Быть первым после таких слов мог лишь тот, кто поддерживает царевича или кому не жаль свою жизнь.

Многие вельможи выжидающе смотрели на высокородного Шамунта, но тот лишь насмешливо улыбался краешком сухих губ, выжидая, кто же будет первым. Сам он еще ночью был поставлен в известность о решении Асмарраха, да и о причинах такого поступка царевича ему было известно больше, чем многим.

Наконец из толпы выбрался старый полуслепой Аникет-аба, смотритель сада.